Притча, это не языковая конструкция, а стилевая конструкция. Хотя изобретение “идеального объекта“, то есть отвлеченного смыслового оператора считается прерогативой Греков, но уже в древности Иудеи прибегали к этому способу рассуждения и разъяснения мысли. Смысл говорения притчами лежит на поверхности - берется всем известный предмет или ситуация (то что мы бы назвали идиомой) и обыгрывается так, что бы раскрыть логику рассуждения. Слушающий попадает в колею логического построения и неволею приходит к тому заключению, которое нужно рассказчику. Несомненно, такой способ, ни чем иным, кроме как насильственным не назовешь, но ведь Господь и объяснил - почему так необходимо говорить именно притчами, ведь “слушают и не слышат“! Исходя из этого можно остановиться и сказать - все понятно - мы же не безграмотные евреи рубежа новой эры, мы то все все понимаем, да как - досконально! Однако ведь Слова Спасителя были направлены ко всем, и между прочим к самым что ни на есть образованным фарисеям и саддукеям, Он ведь и раввинам говорил притчами, а уж этим то начетчикам и цитат не надо было - у них половина того, что говорил Иисус была просто “на слуху“. Значит, не полагаясь на “слова“, которые могут потом утеряться или быть искажены, Он стремился создать такой образ - монолит, который перевирай, не перевирай - с места не сдвинешь. Но и это еще не все, адекватно донести информацию, это еще пол дела, воспринять информацию, еще четверть дела, а последняя четверть - применить в жизни. Да, да - притчи не просто смысловые конструкции, но еще и кальки поступков и решений. В совокупности с заповедями притчи должны были создать некий костяк изустной традиции, которую апостолы могли разносить по городам и весям без единого куска папируса - “в голове“. Если учесть, что Господь, проповедуя народу, излагал свои мысли в стихотворной форме, то есть на очень прочной и монгожды обкатанной в доевангельскую эпоху платформе, то все в месте составляло тот задел Благовестия, некий “эпос“, который мог сохраняться веками без какого то существенного вреда для подлинности повествования. То есть, книга - “Евангелие“ ни каким образом не планировалась. В отличие от законнического начетничества Церковь Нового Завета должна была строиться на минимальной текстуальной основе, где во главу угла становится не текст, не “буква“, но “дух“, дидактика жизни во Христе, а притчи и проч. полагались как иллюстративный материал, “вешки“ по которым можно ориентироваться новоначальному, и сверять действия братьев. Те, кто размахивает теперь книгой как единственным источником Истины не учитывают один факт - все т.н. “синоптические“ Евангелия, суть коментарии собственно к тому “материалу“, что шел из времен земного служения Христа. Начиналось то все с записей именно притч и некоторых проповедей, а потом их старались соединить пояснительными связками, стремились “развернуть“ компактную “картину“ до полномасштабного “полотна“. причем этих Евангелий было больше чем четыре - некоторые Церковь отвергла, за что? За несоответствие слов Христа? Нет конечно, а за несоответствие этих самых “живописных вставок“! Ф-фуууу... во накатал то - можно остальное потом?
