Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

Дорогой отец Андрей. Вынужден описать недавно случившийся с моим другом священником - студентом ПСТБИ странный (мягко говоря) случай. Прошу Вас, как не последнего человека в институте, прокомментировать его и ответить на вопросы. Этот самый священник сдавал неделю назад экзамен по истории средних веков. Принимала вполне лояльная к студентам-священникам дама-преподаватель (ее фамилию вы без труда можете узнать). Ему достался вопрос “Папство и Священная Римская империя”. В середине ответа он имел неосторожность произнести роковую фразу “ересь католичества”. Преподаватель изменилась в лице и переспросила: “Как-как вы сказали?” Он повторил: “Ересь католичества…”. - Она возмутилась: “Как? Разве вы не знаете, что католичество не ересь, а инославие. Все отцы так считали.” - Тут удивился батюшка: “Так вроде святые как раз считали - что ересь. Вот, можно отцов призвать в свидетели”, - он обернулся в класс за поддержкой: “Отцы, подтвердите”. Священники его группы молчали: кто молча писал билет, кто просто смотрел в сторону. Батюшка уточнил: “Каких отцов вы имеете в виду?” - “Ну, как? Шмеман, Мейендорф, Сергий Булгаков. Вот вы знаете, например, что отец Сергий Булгаков сказал, что для Руси было исторической ошибкой принятие при Владимире православия, а не католичества?” - “Ну, я так не считаю, даже наоборот… Я скорее согласен с отцом Андреем Кураевым, что не нам судить, спасутся ли католики, или нет, но если даже если Господь спасет их, то не благодаря тому, что они католики, а вопреки этому”. - “Все ясно. Это вы будете у себя на приходе…”, - она произнесла что-то вроде “втирать”. Батюшка продолжал: “А потом, Сергий Булгаков - сам ересиарх. Не думаю, что его мнение здесь авторитетно”. - “Как вы можете так говорить - ересиарх?” - “Его учение было осуждено на соборе…” Дискуссия в таком духе продолжалась какое-то время. Потом преподавательница возмущенная до глубины души, резюмировала: “Вы знаете, из всего потока вы, пожалуй единственный священник, про которого точно можно сказать, что он абсолютно не соответствует своему званию. Не знаю, куда ваше начальство смотрит”. Батюшка предложил: “Давайте, может быть, вернемся к предмету?” - “Давайте”, - она охотно поддержала, - “назовите мне…”. Вы понимаете, что преподаватель всегда может задать студенту вопрос, на который он не ответит. На то он и преподаватель. Второй вопрос батюшка рассказал при гробовом ее молчании (отметим, что знал он его прекрасно - семестровое сочинение он писал на эту же тему). Она выслушала. Помолчав, вдохнула: “Не знаю, что с вами и делать…” Потом обратилась к инспектору курса: “Знаний никаких. Есть большое желание оставить его на второй год. Что будем делать?..” Потом спросила: “Вы вообще что-нибудь хоть заканчивали?” - “Да, МИСИС, прикладную математику” (отметим опять в скобках, что с красным дипломом и с приглашением в аспирантуру). - “Это и видно… Ладно, три с двумя минусами. Но имейте в виду, я вашу фамилию записала и сообщу, куда следует. Идите.” Хочется верить, что преподаватель-филокатолик (или католик) в православном ВУЗе - исключение, а не правило. Хотя, не знаю почему, такой уверенности нет. Дмитрий, студент ПСТБИ, по благословению священника-студента ПСТБИ.