Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

А любовь есть исполнение их: всею собою охватывая весь предельный предмет желания и прекращая их движение к нему, она вместо веры в его бытие и надежды на его будущее осуществление дарует собою вкушение его в настоящем. Собственно говоря, только она одна представляет человека сущим по образу Творца, мудро подчиняя разуму то, что находится в нашей власти, но не склоняя [выю самого] разума перед этим. Она убеждает волю двигаться соответственно естеству и не бунтовать против логоса природы. Ибо благодаря этому логосу мы все можем обладать как одним естеством, так и одной волей и одним хотением... Во всём этом есть хоть какой-нибудь смысл? Я, пожалуй, тоже так смогу, причём запросто: “А любовь - есть проявление высшей среды веры, предельный предмет желания, в движении к нему, она проявляется и охватывает веру в его бытие и осуществление дарованного собою вкушения его в настоящем. Собственно говоря, любовь к исполнению собою в охват предела и существа логоса, мудро подчиняя разуму, находясь во власти нашей склонности не бунтовать против естества природного мира. Ибо, благодаря этому логосу мы все должны обладать одним хотением к воле и вкушения его в настоящем, как впрочем и вкушения его в будущем, но не склоняя выю самого разума перед бунтом природы и существа единства, проявленных в исполнении свободного естества...“ Действительно, чего тут непонятного?

%0 только не это

>Во всём этом есть хоть какой-нибудь смысл? Есть. Вся наша жизнь - это движение к Творцу, движение ко Христу, к соединению с Ним. Наша вера - начало это движения. Без веры наш путь ко Христу просто не может начаться. Так же как без ног мы просто не можем ходить. Надежда - движущая сила в этом нашем движении. Без надежды чего-либо достичь никто бы и не стронулся с места. Так же как, скажем, не расчитывая на то, что каким-то делом можно что-то заработать мы не стали бы им заниматься ради заработка. Любовь - это окончание нашего пути. Любовь соединяет нас со Христом, она уже есть единство с Ним. Единство в котором превосходится и вера, ибо нет смысла верить в то, что явственно очевидно, что не может быть как-то иначе, и не надо надеяться на получение того, что уже есть. Собственно, Вам достаточно было бы вспомнить апостола Павла, чтобы понять о чем тут говорит преподобный “ныне же пребывают вера, надежда, любовь, три сия, больши же сих любовь” (1 Кор. 13, 13). И вторая часть рассуждения преподобного тоже абсолютно прозрачна. Человек, если уж он желает достичь богоподобия, должен не склонять голову перед обстоятельствами, трудностями, искушениями, но напротив, подчинять внешние обстоятельства разуму. И любовь, любовь устремленная к Богу лучше чего бы то ни было помогает человеку в этом.Она побуждает человека следовать тому естественному стремлению к Благу, которое заложено Творцом в каждого человека. И когда каждый человек будет следовать этому общему нашей природе стремлению, не отклоняясь от него, то тогда и устранятся вражда и греховное разделение между людьми, и все люди, не утрачивая собственной личности, будут иметь как бы единую волю, единое сердце, единый разум, наполненный любовь ко Христу. >Я, пожалуй, тоже так смогу, причём запросто: Не можете :( >А любовь - есть проявление высшей среды веры Вы противоречите Писанию, так как у Вас большим, охватывающим оказывается вера, а не любовь >и охватывает веру в его бытие Интересно. Нечто охыватывает свою среду... Удав кусает себя за хвост. Честное слово. >находясь во власти нашей склонности Любовь во власти нашей склонности... Начнем с того, что теперь наша склонность как раз в том, чтобы бунтовать. И любовь ее преодолевает, а стало быть ею и обладает... >не бунтовать против естества природного мира. Против природы природного мира... Чудесно. Хотя и не оченнь красиво. Хотя непонятно - что же имеется ввиду под “сверхприродным миром“, явно предполагающемся в этом речении. Ангелы? Но они тоже природны. Бог? Но он не есть мир... Разве что сфера божественных логосов сущего может быть названа природой природного мира. но и это очень неточно. Поскольку логосы не есть природа вещей, ни их сущность. Но их нетварная энтелехия, то есть цель, идеальное задание... Как видите - непонятно все. Если это и умозрение, то не слишком удачное. Различающееся с максимовым так же, как человеческий голос и вставленная в куклу говорящая мембранка: Мама мыла раму... Рама мыла маму... Мылу мама раму... P.S. Не переживайте. Не у Вас первого эти тексты вызывают трудности. Вот что писала в своей “Алексиаде“ (XIII в.) дочь византийского императора Анна Комнина: Я вспоминаю, как часто моя мать, императрица, сидя за завтраком, держала в руках книгу и углублялась в слова догматистов — святых отцов, а особенно философа и мученика Максима . Она интересовалась не столько изысканиями в естественных науках, сколько вопросами догмы, от которых желала вкусить плоды истинной мудрости. Нередко случалось мне восхищаться ею, и в своем восхищении я как-то сказала: «Как можешь ты устремлять взоры на такую высоту? Я трепещу и даже кончиками ушей нс дерзаю внимать этому. Ведь философствования и мудрость этого мужа, как говорят, вызывают головокружение у читателей». Она с улыбкой ответила мне: «Такая робость, я знаю, похвальна, да и сама я не без страха беру в руки подобные книги, однако не в состоянии от них оторваться. Ты же подожди немного. Посиди сначала над другими книгами, а потом вкусишь сладость этих».

Ребёнок во фраке с бабочкой с серьёзным видом подходит к роялю, кланяется зрителям, усаживается, и начинает нажимать какие попало клавиши. Нажимает мерно, с расстановкой, то белые понажимает, то черные, раскачиваясь взад-вперёд - старательно подражая внешнему поведению музыканта, которого он когда-то видел. Его “музыка“ сложна и запутанна: дын-дын, дын-дын, дын-дын.. ля-ля-ля... педальку нажал.. дын-дын-дын... педальку отпустил... А толпа глухих разинув рты внимает этой “музыке“, и каждый почитает исполнителя за музыкального гения. И ноты он играет самые настоящие, рояльные, не фальшивые. А всё равно ведь - для глухих разницы нет, лишь бы звук был. Ничего преступного в этом нет, баловство детское, но просто ЭТО НЕ МУЗЫКА. А вот это - действительно о любви: Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я - медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, - то я ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы. Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится. Ибо мы отчасти знаем, и отчасти пророчествуем; когда же настанет совершенное, тогда то, что отчасти, прекратится. Когда я был младенцем, то по-младенчески говорил, по - младенчески мыслил, по-младенчески рассуждал; а как стал мужем, то оставил младенческое. Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан. А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше.“ (1Кор.13)

Егор, при всём уважении,... но белиберда это всё. Детское бессвязанное лепетание. Смысл тут есть лишь в том смысле, что есть множество нот, которые каждая сама по себе звучит. Но рядом с Библией это всё рядом не стояло. Как можно читать ЭТО, когда есть Библия?

Как мы прочтем Библию, если всего этого не будет... Как мы сыграем Моцарта, если не будет учебников сольфеджио, композиции, дирижирования... Как мы прочтем Библию, если перед нашими глазами не будет примера тех, кто умел ее читать, понимать, и готов был отдать за нее свободу, руки и язык, жизнь... Как воробей, привязанный за ногу и пытающийся взлететь, падает на землю, влекомый веревкой, так и ум, еще не стяжавший безстрастия, но пытающийся воспарить к ведению небесных вещей, падает на землю, стягиваемый вниз страстямиПреп. Максим Исповедник.

Егор, я отчасти согласен с основной идеей, однако, вывод должен быть прямо противоположный. Учиться надо у того, кто действительно умеет, а не у того, кто думает будто бы что-то умеет. Когда мы читаем Библию, то сомнений в профессионализме нет. Когда мы читаем ЭТО, сомнения не только есть, но... Вообще аналогия мне вспомнилась: мальчик, восклицающий - “А король-то ГОЛЫЙ!!!“ Просто все привыкли верить в своих “святых“, которые по-определению говорят что-то абсолютно истинное, и просто мы не можем это понять. Я же высказываю скромное предположение, что король по-просту голый. Насчёт “воробья“ есть хотя бы ясное изложение мысли, ясно о чём речь: “Как воробей, привязанный за ногу и пытающийся взлететь, падает на землю, влекомый веревкой, так и ум, еще не стяжавший безстрастия, но пытающийся воспарить к ведению небесных вещей, падает на землю, стягиваемый вниз страстями“ Христос тоже высказывался об этом вопросе,см.Ионанн3:12 “Если Я сказал вам о земном, и вы не верите, - как поверите, если буду говорить вам о небесном?“ P.S. Что-то этот Максим мне немножко напоминает буддиста, ИМХО.

>Когда мы читаем ЭТО, сомнения не только есть, но... Когда Вы читаете это, Александр. Когда я читаю это, то понимаю написанное, понимаю и глубину и величие написанного, и восхищаюсь тем, кто написал, и кто засвидетельствовал написанное своей жизнью и смертью... По крайней мере я мало знал в жизни больших радостей, чем читать Писание вместе с преп. Максимом и вслед за преп. Максимом, мыслить его категориями и следить за ходом его мысли... Как отмечал протестантский ученый Везер (протестантский!!!): “Если когда-либо появятся в Церкви восточной христианские философы они примут и восстановят учение Максима“. Наверное такое странное единомыслие с разных сторон что-то да значит... >мальчик, восклицающий - “А король-то ГОЛЫЙ!!!“ Ага. Появилась целая порода таких мальчиков, типо Ницше, повторявшего как скороговорку: der Gott ist todt, der Gott ist todt, der Gott ist todt... Знаете, что самое ужасное. Король-то был одет. И при короне. Просто мальчишку подучили крикнуть, а так как всем очень хотелось скандала, очень хотелось поверить в то, что король голый, то все тут же и поверили. Поверили бы не только несмотря на новое платье, но и если бы корль с головы до пят был закутан в меховую шубу... Мысль преп. Максима немного другая... О другом просто. О том, что тот ум, который привязан к чему-либо на земле более, чем к Богу не может вознестсь к созерцанию горнего мира, тот непременно упадет... “Если кто любит отца или мать, более Меня...“ А потому, не будучи уверен в своем безстрастии, точнее, будучи уверен в том, что мне до него еще тыщщи верст шагать, я предпочту опереться на руку того, в чьем безстрастии и чистоте ума я более чем уверен... P.S. Конечно буддист, если Вы считаете, что Христос и нирвана - это одно и то же. Тогда - непременно буддист. На все сто.

Мысль преп. Максима немного другая... О другом просто. О том, что тот ум, который привязан к чему-либо на земле более, чем к Богу не может вознестсь к созерцанию горнего мира, тот непременно упадет... “Если кто любит отца или мать, более Меня...“ А потому, не будучи уверен в своем безстрастии, точнее, будучи уверен в том, что мне до него еще тыщщи верст шагать, я предпочту опереться на руку того, в чьем безстрастии и чистоте ума я более чем уверен... Егор, твои слова мне вполне понятны. Правда, я считаю восточную созерцательность противоположностью христианской “плодостарательности“, поэтому и обозвал Максима буддистом. По-моему пресловутое “созерцание горнего мира“ - это любимая конфетка, которой заманивают во всякие медитации. Но, опять же, это моё личное мнение, не будем о грустном. Егор, может я и в самом деле чего-нибудь не понимаю? Может быть ты сможешь мне объяснить - твои слова мне понятны гораздо более. Давай по-порядку. Возьмём самую первую строку, в ней мне уже не всё понятно: “Я знаю вас, боголюбцы, по благодати стойко придерживающиеся святой любви к Богу и к ближнему, о которой вы печетесь надлежащими способами“. О чём тут речь? Давай начнём со способов попечения о любви. Каковы они, эти “надлежащие способы“?

Прежде всего о созерцании. Если понимать его в смысле осужденного Церковью еретика Евагрия, то да - чистый будизм. Даже хуже. То есть интеллектуальное рассматривание высших сущностей. Но православное учение о созерцании это немного другое. Это не взгляд на Христа, но взгляд Христом, Христовыми глазами. Это стремление стяжать себе “ум Христов“, о котором говорит апостол. Причем ум здесь, опять же, не интеллект, но высшая часть души, которая направляет и наши желания, и нашу деятельность. То есть стяжать ум Христов - это видеть то же, что и Христос (Истина-то одна, и если кто ее и видел, то явно именно Он), это желать того же, что Христос (Ведь Он сказал, что творит волю пославшего Его), это делать то же, что и Христос (начиная от возрождения к Жизни людей, и кончая исцелением больных, ведь обещано, что мы и “больше сих сотворим“). То есть созерцание делает для нас видимо истину, а раз мы видим как правильно, то того и желаем и так и поступаем... По Христу и вместе с Христом. О “належащих способах“. напишу вечерком, если не засну, хотя из меня наставник в аскетике еще тот... Просто сейчас уже вынужден убегать :(

Егор, я тоже ничего не понял. Башня зависает на первом же предложении. Так что не могу высказать никаких суждений. А вот ап. Павла я читаю слету. Но вот парадокс. Все же Павел и Максим - это Моцарт и Сальери. Павел однозначно говорит о более сложных вещах более простым языком. Я не думаю что у Максима есть нечто отсутствующее в посланиях Павла. Спрашивается, кого избрать себе учителем? Миша. Говорили мне преподы: Пиши сочинения простыми предложениями: “Мама моется, папа бреется, а корова залезла на забор….“

> Башня зависает на первом же предложении --------- Возможно, позволить этой башне рухнуть, - и есть путь в мистический вариант православия.

Предлагаю дождаться Егора, пусть объяснит, раз говорит что понимает. Я уже сказал моё мнение: слышу знакомые ноты, но это не музыка. Но всё же, не будем торопиться - а вдруг тут какой-то скрывается смысл, непостижимый в первом чтении.

Приступим, не торопясь, ко спасению падающих башен. >Я знаю вас, боголюбцы, по благодати стойко придерживающиеся святой любви к Богу и к ближнему, о которой вы печетесь надлежащими способами; знаю [по опыту общения с вами], когда был с вами, и не в меньшей (если не в большей) степени [знаю теперь], когда отсутствую, что вы изведали, каковы суть свойства Божественной любви и как они называются, а поэтому обладаете, по добродетели, этим божественным даром, неописуемым и беспредельным, который не только изливает благодеяния на присутствующих, но и возжигает рвение в отсутствующих, отделенных [от вас] большим пространством. Убрав пассажи и блуждания по временам, получим: =Знаю, … что вы изведали, каковы суть свойства Божественной любви и как они называются, а поэтому обладаете, по добродетели, этим божественным даром, неописуемым и беспредельным, который не только изливает благодеяния на присутствующих, но и возжигает рвение в отсутствующих, отделенных [от вас] большим пространством. = Т.е. дословно: под “божественным даром“, достигаемым по добродетели, является знание названий и свойств Божественной любви. (возможно, речь идет о Послании ап. Павла?) Но если “по добродетели“, т.е. вследствие ее, то почему “божественным даром“. Божественный дар может быть следствием только желания дарящего его, этот дар, совершить дарение. А вот добродетель, как раз, и может быть следствием такого дара, а не наоборот. Далее, непонятно, каким образом “знание о X“ превращается во “именее, владение этим X“. Но если имело место дарение, повлекшее за собой некоторое знание о подаренном, тогда да. Проще говоря, любовь к ближнему является следствием даруемой Богом благодати. - Кто бы спорить стал?

Итак, о надлежащих способах. Сразу подчеркну, что я меньше чем нулевой наставник в православной аскетике... Это мне должны по ней лекции читать, а не наоборот. А потому отвечать буду словами и мыслями того же преп. Максима из его “Четырех сотниц о любви“ и чудесного “Слова о подвижнической жизни“. Буду только не перепечатывать, а перессказывать содержание, по возможности адаптируя язык 7 века к уровню понимания века 20 и немного перегруппировывая сказанное. Этак, что за “надлежащие способы“? Каков путь Любви по преп. Максиму: Любовь порождается безстрастием, безстрастие - упованием на Бога, упование - терпением и великодушием, они - всеобъемлющим воздерожанием, воздержание - страхом Божиим, а этот страх - верой в Господа. Верующий в Господа боится вечного наказания, боящийся наказания воздерживается от страстей, воздерживающийся от страстей терпеливо переносит скорби, терпеливо переносящий скорби возымеет упование на Бога, упование на Бога отрешает ум от всякого земного пристрастия, а отрешенный от этого ум возымеет любовь к Богу... Такая вот лествица Иаковля. И вверх и вниз. В ней, собственно, все понятно и естественно. Но, чтобы не осталось недоразумения, все же давайте разберем ее пункт за пунктом. 1. Итак, начало пути любви - Вера. Вера в то, что заповедано Христом и проповедано апостолами. Вспомним, что сказал Христос Спаситель апостолам: Идите, научите все народы, крестяще их во имя Отца, Сына и Святаго Духа, уча их соблюдать все, что я повелел вам(Мф. 28, 19-20). Поэтому наш путь не может быть начат без веры в Бога, - Отца, Сына и Духа Святого, Тех, в Чье имя мы крестимся. И наш путь не может начаться без стремления соблюдать все, что заповедал нам Христос - наш Спаситель из власти смерти и греха. Все, подчеркну особо этот пункт, так как в последнее время широко распространено мнение, что соблюдать или не соблюдать - право каждого, на спасение не влияющее... Но вот Сам Христос говорит “вся, елика заповедах вам“. И предупреждает как будущий Страшный Судия “кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет“ (Мк. 16, 16). Здесь и состоит первый наш выбор. Выбор, который должен быть совершен либо в согласии сестественным направлением нашей воли, той воли к благу, что присуща, по учению преп. Максима, всей человеческой природе, каждому человеку без исключения, либо против этой воли, в отделение, отрыв, разделение (“ересь“) с общей волей всей человеческой природы, которую исцелил своим воплощением и воскресением Христос... Либо мы веруем, либо нет. “Веруем“ - это не значит - помним наизусть весь учебник догматического богословия. Догматика - кещь хорошая, но она рождается уже как теоретическое размышление над фактом нашей веры,укрепляет его... Однако строится наша вера на одном - доверии ко Христу. Либо мы доверяем тому, что Он сказал нам, либо мы принимаем Его слова как слова Бога, либо мы веруем Ему в том, что Он творит волю Отца... Либо мы не веруем, отвергаем это, пусть и “признавая“ Его на словах. Если мы отвергаем хоть что-то из Его слов, то значит вера наша - меньше веры бесов. Ибо бесы веруют и трепещут, ненавидят Христа, отторгаются добра, но все же трепещут его, отвергающий же даже и не трепещет. Он холоден и равнодушен. Христос для него не более чем один из обманщиков. И так для начала нам нужно мужество веры. Мужество принять на себя исполнение всех заповедей Христовых. Мужество повторять вслед за Псалмопевцем: Сего ради ко всем заповедем Твоим направляхся, всяк путь неправды возненавидех(Пс. 118:128). Нельзя исполнить меньше чем все заповеди Христовы. Нельзя веровать Ему частично, поскольку, как пишет преп. Максим: против всякого неправедного пути даны нам Господом заповеи, и если хоть одна из них останется в небрежении, то непременно вместо нее проложен будет противоположный путь зла. Почему “непременно“? Потому, что согласно св. Максиму у всякой вещи, тем более у человека - есть одна цель, и ему преднчертан один путь - путь добродетели, путь нравственного совершенства. “Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный“, говорит Спаситель. И уклонение хотя бы в малом от этого соверенства есть зло - то есть уклонение от естественного употребления данных нам сил, данных нам даров и способностей, изменение их на противоестественное, злое... Что будет, если поезд промахнется мимо тоннеля? Что будет, если самолет промахнется мимо взлетно-посадочной полосы? С человеком бывает то же самое... Поэтому исполнить меньше чем все заповеди Христовы нельзя. Попросту невозможно. Это то же самое, что не исполнить ни одной. И тут встает роковой вопрос. Заповеди эти многочисленны и сложны.Многи суть, отче, заповеди Господа, и кто может все держать в уме, чтобы за них подвизаться?? - Так восклицает Ученик в “Слове о подвижнической жизни“. Даже если и свести их к двум- любовь к Богу и к ближнему, то и тогда они оказываются свыше наших сил. Для нашего собственного усилия они попросту неисполнимы. Нас едва хватает любить самых ближних, родных и друзей, да и та любовь часто окрашена в тона страсти, ревности, эгоизма, придирчивости.... Что уж тут говорить о тех, кто к нам неблизок или, тем более о врагах... Исполнить заповеди Христовы человеку самому по себе оказывается невозможным. Отсюда и просыпается в его душе страх Божий. Страх, который, по словам Премудрого Соломона есть начало премудрости. Страх, который, согласно первому псалму, заставляет человекат работать Господу, и радоваться Ему с трепетом... Страх этот на вершине Любви просветляет душу, очищает и собирает ее. Но является она нам в виде трепета перед наказанием Божиим... Продолжение следует.

Всем привет! Егор, я влезу с позволения…Довольно таки интересно. /Мужество принять на себя исполнение всех заповедей /Заповеди эти многочисленны и сложны /Исполнить заповеди Христовы человеку самому по себе оказывается невозможным. Отсюда и просыпается в его душе страх Божий /Нас едва хватает любить самых ближних Насколько мне известно, заповедей всего три. Разве есть еще? 1. Люби Бога 2. Люби ближнего и так спасешся 3. Новая - любите друг друга как я вас возлюбил. Срах Божий- ненавидеть зло (согласно Соломону). Я так полагаю, или ты любишь всех - или никого. “любить самых ближних“ - это не любовь, это нечто другое. Так поступают язычники. Мне вот еще не ясно как это “ самому по себе “. Почему это я не могу любить сам по себе? По-моему нельзя любить “вместе“. Мне кажется что под “ Исполнить заповеди Христовы “ подразумевается “оправдаться делами закона“. Но оправдание через веру, действующею любовью. Миша.

Продолжение. Получается основательное по объему размышление. Нужное, наверное, прежде всего мне самому, дабы привести мысли почерпнутые из отеческих творений в порядок... Так что не обессудьте за длинноты. 2. Итак, вторая ступень пути Любви - Страх Божий. Верующий в Господа боится вечного наказания. Эти страх и боязнь наказания - привелегия Веры и разгорающейся в сердце Любви к Богу, неверующему и чуждому любви сердцу они чужды. Причем тут любовь? Так не только в отношениях человека с Богом, но и в отношениях между людьми, - трепещем ли мы более перед отцом или матерью, или перед чужими людьми на улице? Хотим ли мы быть изгнаны разгневанными нашими проступками родителями из дома? Не хотим, ой как не хотим. Мне, как человеку много преподававшему и преподающему по сей день в школе, наверное лучше чем большинству участников известно, сколь от много и по сей день, несмотря на немалый упадок нравов, удерживает страх родительского наказания, боязнь прогневать или огорчить родителей. Дети, в отличие от нас, взрослых, чаще всего уже не имеющих над собой родительской опеки, прекрасно помнят, что “вредный совет“: “Папа мягкий - он простит“ применим далеко не ко всем случаям... Причем тут вера? Верующее сенрдце, действительно верующее, то есть доверяющее Христу и его Словам, элементарно не может игнорировать весьма многочисленные и ясные указания на грядущий Суд, и грядущее для грешников наказание, содержащиеся в Писании. Не только пророки, не только апостолы, но и Сам Господь ясно и неоднократно говорит о геенском огне, угатованном грешникам. Нам ли Ему не верить? И если не верить, то зачем вообще называть себя “христианином“ отвергая слова Того, Чье имя носишь? Будем ли не веровать Господу, говорящему Моисею? Яко огнь возгорится от ярости Моея, разжжется до ада преисподняго: снест землю и жита ея, попалит основания гор. Соберу на них злая, и стрелы Моя скончаю в них (Втор. 32:22 - 23). Поострю якоже молниюо мечь мой, и ириимет суд рука моя, и воздам месть врагом, и ненавидящым мя воздам (Втор. 32 41). Или отвергнем свидетельство Духа, глаголавшего в пророке Исайе? Кто возвестит вам, яко огнь горит. Кто возвестит вам место вечное? (Ис. 33:14) Ходите светом огня вашего, и пламвнем, егоже разжегосте (Ис. 50:11). И изыдут, и узрят трупы человеков престуиивших Мне: червь бо их не скончается, и огнь их не угаснет, и будут в позор всякой ллоти (Ис. 66:24). Или как говорит Иереммя. Накажет тя отступление твое, и злоба твоя обличит тя: и увеждь, и виждь, яко зло и горько ти есть, еже оставити Мя, глаголет Господь. Аз же насадих тя виноград плодоносен, весь истинен: како превратился еси в гаресть, виноград чуждый ? (Иер. 2:19, 21). Кто не затрепещет, слыша, как говорит Иезекииль: Испущу ярость Мою на тя, и отмщу тебе по путем твоим, и дам на тя вся мерзости твоя. Не пощадит око Мое на тя, и не помилую. И познаеши, яко Аз Господь (Иез. 7:3 - 4, 9). Кто не сокрушится, слыша, как Даниил ясно описываег день страшного суда такими словами: Зрях, дондеже престоли поставишася, и Втпхий денми седе, и одежда Его бела аки снег, и власы главы Его аки волна чиста, престол Его пламень огненный, колеса Ега огнь палящ. Река огнепная течаше, исходящи пред Ним. Тысяща тысящ служаху Ему, и тмы тем предстояху Ему: судище седе, и книги отеерзаится (Дан. 7:9 - 10) И Екклезиаст говорит: Конец слова, все слушай, Бога бойся, и заповеди Еао храни, яко сие всяк человек: яко все творение приведет Бог на суд о всяком пргрешении, аще благо и аще лукаво (Еккл. 12:13 - 14). Всякий православный, тот, кто с чистым сердцем поет на литургии слова Символа Веры: “Верую в Духа Святаго..., глаголавшего пророки“, не может усомниться в действительности грядущего суда, и в срашной неотвратимости предстоящего грешникам наказания. Да и любой человек верующий сказанному в Библии не может не отнести к себе ее пророчества о Суде. Ну, может быть, “это все - Ветхий Завет“, скажет кто-нибудь? Увы, и в самом деле скажут. Большинство современных “христиан“, - не христиане вовсе, а маркиониты, полагающие, что Бог Ветхого Завета - иной чем Бог Нового, и что Новый Завет отличается от Ветхого не вестью о пришедшем в мир Спасителе от греха, Едином Ходатае, а откровением некоего нового, сюсюкающего Бога... Такое мнение стало уже почти нормой и в этом вопросе, если применить удачное выражение св. Григория Богослова, “придерживаться несколько нечестия считается благочестием...“. Но давайте, не говоря уж об апостолах и апокалипсисе, прислушаемся к Самому Евангелию, к Самому Господу... Или его тоже обвиним в “ветхозаветном мышлении“? “ А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду;... а кто скажет: `безумный', подлежит геенне огненной“(Мф. 5, 22) “ Посему как собирают плевелы и огнем сжигают, так будет при кончине века сего: пошлет Сын Человеческий Ангелов Своих, и соберут из Царства Его все соблазны и делающих беззаконие, и ввергнут их в печь огненную; там будет плач и скрежет зубов“ (Мф. 13, 42) “Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его“ (Мф. 25, 41). И услышим это, - говорит преп. Максим, - не только, как творящие зло, но и как нерадеющие облагом и нелюбящие ближнего. Не за одно лишь неверие, не за одно лишь прямое восстание или хулу на Бога, но и за отвращение от наших братьев, от людей, так же имкупленных Спасителем и также возлюбленных Им, как и мы, уготован огонь геенский, нам, не соблюдающим “новую заповедь“: “а любите друг друга, яко аз возлюбил вас“. “ Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов - по левую.... Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его: ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть; жаждал, и вы не напоили Меня; был странником, и не приняли Меня; был наг, и не одели Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня. Тогда и они скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, или жаждущим, или странником, или нагим, или больным, или в темнице, и не послужили Тебе? Тогда скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне. И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную“(Мф. 25, 31-33, 41-46 ). Нет никакого другого, среднего пути между исполнением заповеди Христовой возлюбить Бога и ближнего, возлюбить ближнего как самого себя, поскольку и он и ты возлюблены Христом, искупившим все ваши грехи, перестрадавшим на кресте все ваши страдания, претерпевшим все ваши муки, поскольку и он и ты принадлежите к человеческому роду, соединенному с Богом во Христе, и имеющему одну цель и одно стремление - Бога, жизнь во Христе и Христом. К этой цели должно быть устремлено, единое движение всех людей, и отклонение от этой цели разрывает союз любви между людьми и удаляет от Бога. Дойти до Бога мы можем только все заповеди Христовы исполнив, ибо даны они не в избытке, не как бремя, но как указание только необходимого, только того, без чего наш путь невозможен. И вот мы чувствуем свое бессилие исполнить даже самые малые из этих заповедей, и уже слышим звучащий над нами приговор. Мы не можем не вероваь Господу в Его грозных словах о грядущем нашем осуждении, и отсюда в нас рождается страх оступиться и отступить от него, страх нарушить Его заповедь хотя бы в малом. Тот страх, о котором говорит книга Притч. Страхом же Господним уклоняется всяк от зла(Притч. 16, 6). В нас рождается стремление “уклониться от зла и сотворить благо“. И когда страх Божий порождает в нас стремление уклониться от зла, мы вступаем н следующую ступеньку по лестнице к любви - воздержание... Продолжение следует

Продолжение. Часть первая про воздержание. О помысле и воле... 3. Воздержание , так же относится к числу понятий крайне сегодня нелюбимых. Оно и понятно, человеку хочется “по воле своей пожить“, и ты его не замай, не смей напомнить о заповедях Христовых, немедленно обвинят в нелюбви к свободе, к жизни, к материальному миру, сектантстве и мракобесии... “Своя воля“ - это штука интересная. Особенно в устах человека верующего. Если это воля находится в согласии с естественной волей, присущей человеческой природе, той волей, что во Христе, воспринята во Христа и обожена им, то суть этой воли в воздержании от всякого греха и соблазна. Не постился лои Господь в пустыне, не не имел ли где приклонить головы, не жил ли в совершенной чистоте, не прощал ли распинавшим его.... Бесконечно далек он был от тех страстей, которые, согласно отеческому учению, лежат в основании всякого греховного пристрастия: чревоугодия, сребролюбия и славолюбия“.Если же эта некая “своя“, особая воля, несоглшавсная с естественной волей человеческой, с волей Христовой, та воля, которая в учении преп. Максима называется “гномической“, то подлинно ли она тогда “своя“? Если каждый из нас, - это индивидуальное, особое воплощение человеческой природы, если каждый из нас потому и ценен, что представляет собой уникальную человеческую личность: живущую, думающую, чувствующую, то, очевидно, что в нас должно быть все от сотворенного по образу и подобию Божиим человека, и если наша воля не в согласии с естественной волей человеческой, если она направлена не к Христу, не к Богу, а куда-то помимо Бога, в отделение от Бога, то это уже не человеческая воля. Предаваясь греху, отдавая себя страстям, мы как бы пытаемся порвать с человеческим в себе, создать внутри себя некую особой природы виртуальную тварь, паразитирующую на человеке. Вля страстная, воля “своевольная“ , воля идущая против Бога - не своя человеку, не человеческая фактически. Не человеческая еще и потому, что она на самом деле не свободна. Она в рабстве у помысла, коренящегося не в нас. С падения прародителей и по сей день человек не сам “додумывается“ до греха, это грех придумывается для него, с тем, чтобы человек принял его в свою волю и воплотил его в своем действии. Таким образом страстный человек порабощен, порабощен греховными помыслами и стоящими за этими помыслами врагами... Порабощен так, что даже апостол Павел, имевший силу сказать, “не я живу, но живет во мне Христос, восклицает, тем не менее: “ Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю“. Иллюзия своеволия, своей, собственной воли толко запутывает все, создавая человеку видимость, что не врагу, не маммоне он служит, но исполняет собственные, коренящиеся в нем самом желания... “Своя воля“, автономная от воли общечеловеческой, воли Христовой, не может долго устоять. Когда человек выплескивает из сосуда своей души благовонное миро благодати Божией, на ее место заливаются в него помои демонской нечистоты. И вот уже нет никакого “автономного от Бога“, от Богочеловека, человека -самого-по-себе“. Есть демоночеловек, есть слуга не Божий и не свой, но играющего с ним диавола, настолько уже прилепившийся к бесовской воле, что совсем не различает ее от своей. Такова “свобода“ невоздержного, не практикующего “диакризиса“ - разделения между велениями Божией воли и согласной с ней воли Богочеловеческой, и наущениями воли врага, воли противоестественной и разрушительной для человеческого естества... Воздержание, собственно, и есть подобный диакризис - мы, творя волю Спасителя, начинаем удерживать себя от того, что с Его волей прямо несогласно, что навязано нам волей чуждой. Постепенно возводя между собой и врагом своеобразную “границу“, которую действие врага неспособно преодолеть. На пути к нашей воле и нашему сознанию, силой Божией воздвигается “катехон“, Удерживающий, неусыпающий внутренний страж, отличающий наши мысли, от влагаемых врагом помыслов. Нами исполняется заповедь апостола: “Умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание“ (Кол. 3, 5). Как толкует эи слова апостола преп Максим: “Землею апостол назвал помышления плоти; блудом - совершаемый грех, нечистотой - внутреннее согласие на грех, страстью - страстный помысл; злой похотью - простое допущение помысла похоти; любостяжанием - материю, рождающую и взращивающую страсть“. Тем самым он указывает на стадии завоевания грехом нашей души: сперва в нашем сознании возникает мысль о грехе, как бы предположение о самой возможности совершения его. И эта мысль становится как бы на границе ума, показывая себя ему - и если ум привлечет к ней свое внимание, заинтересуется ею, начнет рассуждать над ней, взвешивая все за и против греха, то тогда возбуждается страсть к нему, возбужденное беспокойство, тяга, ощуение его приятности,уму представляются различные картины, рисующие в самом соблазнительном свете всю сладость греха, не отогнав страсти, будучи порабощен ею, ум витоге дает согласие на грех, не обсуждает уже возможность оного, не совершает выбора между грехом и отказом от него, но строит планы о конкретном его исполнении, измышляет способы - каким бы наилучшим образом привести к исполнению свое греховное желание... И наконец, если ничто не воспрепятствует, человек приводит свой греховный замысел в исполнение, окончательно предавая сеья диавольской воле... Вот от чего воздерживаться указывает учение отцов. Продолжение следует...

Егор, что-то ты меня всё больше и больше убеждаешь в том, что Максим вовсе не христианин, а самый натуральный буддист. Самые первые три слова: “Любовь порождается безстрастием“ Собственно говоря, это же самый натуральный буддизм! Бесстрасное созерцание, коротое якобы что-то способно породить - это же чушь, самый натуральный буддизм, нирвана, а никакое не Царство Божие!!! Почему Максим ставит “беpcтрастие“ прежде любви? “Привыкшую к пустыне дикую ослицу, в страсти души своей глотающую воздух, кто может удержать?“(Иер.2:24) - сколько жизни в словах Библии, и каким ледяным дыханием веет от буддиских изыскания Максима, ставящего на первое место обращение к бесстрастному созерцанию! Впрочем, Максим напрямую противоречит Библии, в частности - Апостолу Иоанну. Максим говорит: “Верующий в Господа боится вечного наказания, боящийся наказания воздерживается от страстей“, сравниваем это с Библией: “В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви.“(1Иоан.4:18) - разве не очевидное противоречие, лоб в лоб? Егор, по-моему у него только имя по-православному звучит: “Максим Исповедник“, на самом же деле тут православием и не пахнет, это по-сути - самый обыкновенный буддизм, только вместо Будды подставляется слово Христос, а вместо нирваны - Царство Божие...

Саша, помилуйте.... “Страсть - есть неестественное движение души, предающейся или несмысленной любви, или безрассудной ненависти к чему-нибудь чувственному, или за что-нибудь чувственное; например, несмысленной любви, или к роскошному столу, или к женам, или к имуществу, или к преходящей славе, или к чему-нибудь иному чувственному, или же за таковое; ненависти, когда ненавидят без рассуждения что-либо выше сказанное или что-нибудь за оное...“Преп. Максим Исповедник. Вы искренне намереваетесь любить Бога подобным образом? И не запишите ли Вы в буддисты апостола Павла: “ Ибо, когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти“(Рим. 7, 5) “ Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями“.(Гал. 5, 24) “Итак, умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолослужение“ (Кол. 3, 5) “Ибо воля Божия есть освящение ваше, чтобы вы воздерживались от блуда; чтобы каждый из вас умел соблюдать свой сосуд в святости и чести, а не в страсти похотения, как и язычники, не знающие Бога“(1 Фес. 4, 5) “ Кто учит иному и не следует здравым словам Господа нашего Иисуса Христа и учению о благочестии, тот горд, ничего не знает, но заражен страстью к состязаниям и словопрениям, от которых происходят зависть, распри, злоречия, лукавые подозрения“ (1 Тим. 6, 3-4). Там, где нет места бесстрастию, там где люди не отвращаются от пристратия к чувственным вещам и не обращают всех себя к Богу, там совершается над ними то, что описано апостолом Павлом: “предал их Бог постыдным страстям: женщины их заменили естественное употребление противоестественным; подобно и мужчины, оставив естественное употребление женского пола, разжигались похотью друг на друга, мужчины на мужчинах делая срам и получая в самих себе должное возмездие за свое заблуждение“(Рим. 1, 26-27) Ничего более далекого и более противоположного обращенному к Богу эросу, чем страстность к чувственным вещам, - нет. Кто имеет ум, пригвожденный любовью к Богу, тот презирает зримые вещи... Любящий Бога предпочитает ведение Бога всему сотворенному Им и непрестанно в любовном томлении устремляется к этому ведениюПреп. Максим Исповедник.