Дорогой отец Андрей! Меня, как русского человека и православного христианина, безмерно оскорбляют некоторые из тех форм, которые в нашей стране ныне принимает так называемое “возрождение духовности“. Победоносно шествующий “софринский стиль“ в церковном зодчестве, живописи и прикладном искусстве. Непрерывные и грязные финансовые скандалы, сопровождающие нынешнее храмоздание в Москве. Чудовищные “растяжки“ на улицах накануне православных праздников, плакаты и прочая “рекламная продукция“ на православные темы. Бесчисленные ларьки, где среди икон и молитвословов продаются такие чувствительные календарики и фаянсовые ангелочки, что у любого художника, работающего с кич-стилистикой, при взгляде на них руки чешутся. И храм Христа Спасителя с гигантскими вентиляционными коробами из гаража перед фасадом, выполненными в стиле “ампир“, и Георгиевский храм на Поклонной горе с его нелепым “отрезанным“ порталом, и президентская Борисоглебская часовня на Арбатской площади, и истуканы свв. Кирилла и Мефодия в печально известном скверике, и обрубок храма Вознесения в Коломенском, торчащий из стены в Столешниковом переулке - каждое из этих сооружений воспринимается мной как плевок в душу каждого человека, любящего свою Церковь, свой город и страну, и при этом не лишенного остатков художественного вкуса. Именно в этом я вижу настоящее кощунство и хамство - вполне интернациональное по сути, но аранжированное все-таки на русский купецко-архиерейско-градоначальнический манер. Удивительно не то, что саркастические замечания по этому поводу позволяют себе буддист Гребенщиков, агностик Пелевин или евреи-журналисты, а то, что молчат православные. Утешение здесь одно - “Бог поругаем не бывает“. Реакция же художественной богемы на это безобразие представляется мне вполне естественной и даже оправданной, хотя, конечно, и совершенно “плотской“. В конце концов, их эксперименты не выходят за стены галерей. Репин ничуть не кощунствовал, когда написал “Крестный ход в Курской губернии“. Незачем пенять на зеркало. Я не знаком с Дубоссарским и Виноградовым, зато шапочно знаком с Авдюшей Тер-Оганяном. Конечно, никакого “армянского сатанизма“, в котором его так злобно обвинил Николай, там нет и в помине, а есть набор вполне обыкновенных художнических неврозов, среди которых главный - обостренное и мучительное чувство вкуса. Может быть, стоит попытаться понять, _во что_ эти ребята плюют и кидают камни? Тем более, что св. Василий Блаженный, кажется, тоже делал нечто в этом роде. Дорогой отец Андрей! К Вашему слову иной раз прислушиваются. Ну почему Вам не выступить по ящику и не сказать, что не было отродясь в Православной Церкви никаких хрустальных часовен, не стоит этот обычай заводить, и если кому-то нужно отмыть бабки от наркотиков или левой водки, пусть делает это как-нибудь по-другому, менее оскорбительно для православных? Егор Городецкий