Странно, хотя и как всегда, что большинство критики Николая было основано просто на невнимательном чтении его сообщения. Странно то, что христиане, казалось бы, должны сами узнать слова Писания за большинством его высказываний. Так как почему-то никто этого не сделал, видимо, пришло время и мне заняться Bible-thumping'ом в стиле Victoria Karavaeva, поглушить немножко Библией. > Могу так же добавить, что для некоторых, участие в Таинстве - неосознанный духовный подвиг. Критика здесь совершенно выпустила из виду оговорку “для некоторых“. > тому же суть женской природы такова, что она одинаково восприимчива и Богу и черту, т.е. лишена дарованного творением внутреннего индикатора различия Божественного и падшего, индикатор для нее - муж. (Не в семейном смысле) И Писание в самом начале называет женщину infirimor vasa, “немощнейший сосуд“ по-славянски. Женская природа действительно более “удобопревратна ко греху“, так как руководствуется больше своими крайне субьективными ощущениями, а не разумом и верой. Поэтому змей и избрал Еву, а не Адама для начала своего соблазна. >По природе своей это помощница, неутомимая и неумолимая исполнительница воли мужа или сатаны. “Создадим ему помощницу, плоть от плоти его“. “К мужу твоему влечение твое, и он да будет властовать над тобою“. Если же женщина и отвергнет эту данную ей заповедь Господню, из феминистской по корням своим гордости, например, и выйдет из повиновения мужу своему, то отнюдь не станет абсолютно свободной, поскольку общечеловечески падшая и специально мужезависимая природа ее от этого все равно не изменится, но попадет во власть _другому_, станет ведьмой, проще говоря. >Т.е. творение Божие, лишенное возможности самостоятельного выбора между спасением и погибелью. Это, пожалуй, уже слишком сильное утверждение. Если так, то сестра уже не человек, как не имеющая свободы, дара, данного Адаму еще до разделения на полы. Вся священная история ясно показывает, что жена также обладает уникальным человеческим даром свободы. >В этом плане большее значение имеет соблюдение традиционных, неотталкивающих способов смирения (хранимых самими же христинками-бабушками и своим примером бесконфликтно воспитывающих) последовательность участия в таинствах: дети-мужи-жены, предпочтительное нахождение на женской половине, воздержание от указаний мужам, пресечение вольного (мирского) к ним обращения и др. С этим у нас действительно плохо. Меня всегда удивляло, с какой легкостью церковные женщины кидаются на рецепты блинов и пасок, в этом ли полагая свое спасение, и в то же время зачастую прямо отвергая Христову заповедь Марфе, апостольское учение о браке и подчинении мужу, заповедь “молчания в церкви“, как и традиционные православные женские role models patterns, вышеперечисленные Николаем. И не можем все списать на советское наследие, мол. И до революции прот. А. Усьминский делал вывод (которого мне уже доводилось цитировать здесь): “Приходится признать, что за 900 лет христианства русская женщина совершенно сознательно и осознанно игнорировала прямо обращенные к ней слова Христа и апостолов, как и Ветхого Завета.“ Впрочем, это не к тому, чтобы обелять мужчин, особенно нынешних, тоже не шибко христиан. Просто действительно для женщин существуют и специфически женские искушения, как и специфические добродетели.
