Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

Я очень плохо разбираюсь в поэзии. И мало встречал стихотворений, которые бы мне по-настоящему очень понравились. Но вот мне дали почитать два сборника стихов мурманского поэта Николая Колычева. Я читаю и восхищаюсь многими из них. Пытался найти его произведения в интернете - безрезультатно. Возможно, кто-то знает - где можно их достать? Для тех же, кому интересно - помещу, если администрация не возражает, несколько понравившихся вещей: * * * О, Родина! Что с нами будет дальше? О, Господи! Страшнее смерти - жить… Стоят и плачут девочка и мальчик. Пьяней вина - меж ними - мать лежит. Они стоят, пугливо озираясь, Её позор пытаясь заслонять. И пыжится, с карачек поднимаясь, Растрепанная, спившаяся мать. Кряхтит, хрипит отборной матерщиной, Лицо в соплях, а рукава - в грязи… А мимо - милицейская машина Проехала, слегка притормозив. Какой им прок от этой… безработной… Презрительно взглянули с высоты. Да… Брезгуют мочою и блевотой Холеные и сытые менты. А детская любовь не знает срама. Вцепились в мать, глядят машине вслед… Всем - пьяница. А им - родная мама, У них другой на белом свете нет. Их детвора, собравшись, задирала: Кто палкой бросил, кто толкнул, кто пнул… Девчонка маме сопли утирала, А мальчик - за рукав её тянул. Шли мимо мужики. Остановились. И долго вспоминали, подлецы, Когда они и сколько с ней любились, И спорили: кто у детей отцы. - Не надо, мама, люди. Стыдно, мама… - Ну, мамочка, вставай, в конце концов! Вновь мальчик за рукав тянул упрямо, И дочка утирала ей лицо. А мать на них глядела обалдело. Без разума, без чувства, без души… И, всё-таки с трудом подняла тело, Досадуя на то, что надо жить. … Её под руки дети уводили. Нетвёрдо шла, покачиваясь, мать… Когда бы мы Россию ТАК любили, Тогда бы мы смогли ее поднять! * * * В небе серо, в небе грустно. Луг пожух, и лес испуган. Плачут лебеди да гуси И текут по небу к югу. Птицы плачут - сердцу больно, Оттого ль за острым клином Побежал мужик по полю От хибары, от скотины. От жены - трудом согбенной, От детей, вослед кричащих, От скирды гнилого сена… Он хотел взлететь над чащей. Он хотел обняться с высью, Он хотел расстаться с пашней, Он хотел взлететь над жизнью, Над собой - смешным и страшным. И вонзал он в небо руки С криком - чуть не журавлиным, И ветвились в сладкой муке Струны жил на шее длинной. «Улечу!» - и с этой верой Он бежал, взлетая в волю… И упал комочком серым На краю родного поля. Подошла жена родная, Голову взяла в ладони: - Ты куда бежал? - Не знаю. - Ты чего хотел? - Не помню. ЕЩЕ ЖИВЫЕ Вымираем. Метет по Руси лиховей. Вымираем. И женщинам страшно рожать. Ведь всегда только счастья кровинке своей Хочет каждая мать. Хочет каждая мать. Кто сумел так чудовищно нас изменить? И куда мы бредем - наугад, в пустоте?.. Вымираем. Навеки. Пытаясь любить Нерожденных детей. Нерожденных детей. Мы уходим по холмикам отчих могил, По останкам церквей, по обломкам икон И рыдаем о том, что Господь нас забыл. Не забыл… В нашу веру не верует Он. Вымираем! Никто нам не сможет помочь, Оттого что мы сами себе не нужны. И грядущее наше - бездетная ночь, Непроглядная тьма - без звезды, без луны. * * * Здравствуй, церковь! Примешь? Впустишь? Каюсь, грешен, жил безбожно. Я пришел, поскольку - русский. Я пришел, поскольку - тошно. Гадок плен чужой свободы - Беспредельной, злобной, ложной. Я пришел под эти своды Исцелиться Словом Божьим. В мире - умопомраченье, Больше некуда укрыться. Добрый батюшка-священник, Научи меня молиться. От дурмана истин лживых Гаснет разум. В сердце - мглисто. Душен мир. Но души - живы Ясным светом вечных истин! Крест кладу я неумело. Непривычен… Неприучен… Но душа - переболела. И на сердце - светлый лучик! Кому понравилось, могу прислать еще несколько стихотворений - делайте «заявки». Надеюсь, автор не обидится за такое «распространение» его произведений, но спросить у него разрешения просто нет никакой возможности…