Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

Отрывок из романа-быль “Странник” (мистерия). Полный текст на сайте Новая Русская Литература www.newruslit.nm.ru— А вот у меня был такой случай. Попросила меня одна женщина помочь сделать ей одну работу. Ну договорились мы, назвал я сумму, а потом понял — продешевил. Клиентка моя оказалась весьма состоятельная, да и обязанности свои по договору не выполняла, спихивала их на меня. Мне обидно было, что она на мне выезжает. Вот я и решил повысить цену. Долго думал, как лучше обосновать. Наконец, придумал. Только почему-то никак не мог избавиться от мыслей об этом. Нет, вы не подумайте, что тут угрызения совести или что-то подобное, — я чувствовал себя абсолютно правым, морально, ну и по-деловому. И хотя волнения не было никакого, но почему-то всё крутилось в голове, как скажу ей о повышении цены. Нет, я не чувствовал, что обираю её. Она хвасталась, что квартиру новую купила, нарядами щеголяла во время наших встреч, драгоценности свои демонстрировала. Если бы она нищая была — тогда другое дело, таким я и бесплатно готов помогать. И помогал!Клиентка моя не производила впечатление интеллигентной женщины, а потому я и решил взять деньги как бы вперед, чтобы они не обманули меня, как бывало: скажут спасибо, а денежки-то прощай. А когда встретились, и я сказал ей о необходимости заплатить сверх оговоренного, всячески это обосновывая, то она к удивлению моему расстроилась, стала спорить. Но я твёрдо стоял, доказывал, аргументировал, так что ей ничего не оставалось, как согласиться. А куда ей было деваться! И хотя стыдно мне не было, но только когда я аргументировал и доказывал, чувствовал, что ложь мою Он видит.Когда она расстроилась, я так растерялся, что готов был бесплатно закончить работу, о чём и сказал совершенно искренне. Я думал, ей не будет никакой сложности доплатить, а она из-за денег чуть не заплакала. Она бы, конечно, заплатила, только я почувствовал, что она обо мне подумала. И это меня задело: ведь она в роскоши купается, а у меня на хлеб в тот момент не было. Вернулся я домой, сделал работу, и вдруг сердце у меня закололо, да так, как никогда раньше не было. И это при том, что я не волновался и не расстраивался. Но только боль не проходила. Я спросил себя, в чём причина, ведь всё имеет свою причину. Ответ напрашивался один: от денег этих! Я вдруг представил, как она всё рассказала своему мужу, а тот обозлился и предложил не платить вовсе, да ешё проучить меня. Мне показалось, что уколы в сердце это их слова и мысли обо мне. Я принял лекарство, но боль не проходила. И тут вдруг я представил, что сейчас вот умру, то есть могу умереть прямо сейчас, и никто и ничто мне не поможет, и уже не нужны мне будут никакие деньги. Я вдруг почувствовал всю реальность смерти, и подумал: “сколько же во мне ешё гадости; вот околею сейчас, найдут меня, и всё дерьмо, что накопил, обнаружится, и что скажут? что Он скажет? что сам себе скажу на суде?” И стало мне стыдно и страшно. И тогда обратился я к Господу, прося избавить от боли и смерти, спасти и вразумить меня. Пытался оправдываться, и уже даже сознался в корысти, но вновь и вновь оправдывал себя. В конце концов, понял, что должен отказаться от денег. Однако соблазн не отпускал. Вернее, это был уже не соблазн, а нежелание признать соблазн: я ешё искал обоснования, готов был простить, если откажутся платить, но не готов был вернуть полученное и отказаться от денег вовсе. И вот посреди ночи, сквозь сон я вдруг отчетливо почувствовал, что единственно возможный и необходимый выход из этой ситуации это отказаться от денег и отдать полученное сверх оговоренного. Я понял это так, словно мне это сказал кто-то, я чувствовал в своём мозгу этот Голос. Слышал и другие голоса, которые предлагали другой выход, чтобы обман мой выглядел благопристойно, не как покаяние и признание своей лжи. И вдруг я почувствовал Присутствие, увидел Его, только иным зрением. Слышать я не слышал, но почувствовал это как приказ, который должен исполнить без рассуждений и без сомнений. Он сказал, что я должен очиститься, а для этого отдать деньги, и если я не преодолею корысть, то не о чем больше и говорить. Очиститься! А для этого отдать деньги! И это при том, что сижу без копейки! Но жертвовать ради них душой фактически означало убить себя. Для меня это была не абстрактная проблема, не умозрительная возможность, но самая что ни на есть реальность. Я вдруг увидел, как её муж со злобной ухмылкой забирает выполненную мной работу и ничего не платит, да ещё мне угрожает.А ведь я мечтал о мире Горнем, молился, просил милости Господа, мечтал о благодати. И тогда понял я, что это был Господь, что это Он меня вразумил. А то, что это был именно Он, я понял из того, что сомнения мои улетучились, все хитрости самоувещевания и самооправдания были преодолены Его повелением. Я почувствовал отчетливо, что лучше быть нищим, но с Господом, нежели с деньгами, но без Него, без Его благодати, без Его любви. Я понял, что удостоился милости, что Господь услышал меня и вразумил. Он спас меня! Но если бы не боль, я бы не понял, а даже если бы понял, не согласился; пытался бы отговориться, оправдаться. Боль заставила. Спасибо, Господи, за боль! Она спасла меня. Я словно очистился, избавился от корысти. А как избавился, так легче стало, сердце перестало болеть. Только через боль я понял и принял своё спасение. А как признал, что боль исцелила меня, так и умереть стало не страшно. Человек без боли мало что понимает, а если и понимает, то с трудом. Если бы я не верил, то посчитал бы это чудом! C точки зрения здравого смысла это необъяснимо.— Так это, наверное, магнитная буря была, и у многих сердце болело.— А хотя бы и буря, не всё ли равно. Главное, что я соблазн поборол, себя преодолел. Хотя, позже оказалось, действительно была магнитная буря. Только теперь я ничего не прошу у Господа, а лишь за всё благодарю. Господи, вразуми и направь. Ничего не прошу и смиряюсь, ибо верую в судьбу свою благую, что она есть неоспоримое для меня благо. Теперь самое главное для меня — это любовь Господа. От неё всё: и вера, и надежда, и желание жить. Как только лгу или совершаю неправедный поступок, так чувствую, что Господь отворачивает от меня свой лик, и любовь уходит, а вместе с ней вера, надежда и желание жить. Знаете ли вы, что такое жить в вере? Это удивительное состояние! Это видение мира таким, каким ты хочешь его видеть, радость надежды и счастье веры! Это вечное покаяние в своём несовершенстве. Иногда понимаю, что не надо делать нечто, а делаю, и снова каюсь, но не в слабости своей, а в своём несовершенстве. Я настолько верю, что уже словно знаю, и обращаюсь к Нему как к брату своему или отцу, ну или к вам. В такую веру никто не сможет поверить. Я бы и сам не поверил. Отрывок из романа-быль “Странник” (мистерия). Полный текст на сайте Новая Русская Литература www.newruslit.nm.ru