Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

Анна Бессарабова, Мир новостейДеревня опричников в центре России Много веков назад в городе Любиме, что на реке Обноре, отдыхал после славной охоты с соколами Иван Грозный. Сколько воды утекло с тех пор, сколько рябчиков полегло от рук другого знатного стрелка – губернатора Ярославской области Анатолия Лисицына, имеющего в лесном хозяйстве района избушку, а судьба местного населения по-прежнему зависит от начальства, лелеющего образ Иоанна Четвертого, и от опричников. Любимскую деревню Кощеево, где в 2003 году появились странные переселенцы из Хабаровского края, третью осень проверяют депутаты Госдумы, сотрудники ФСБ, Генпрокуратуры РФ, из нее сбежали фермеры и дачницы, там боятся показываться милиционеры и журналисты. По словам архиепископа Ярославского и Ростовского Кирилла, крошечный уголок Любимского района стал очагом сектантства. С намерением “очистить” гены, избрать барина всея Руси, спасти страну от “жидовских козней” спрятались несколько семей от мира в непроходимых дебрях: мужчины отрастили бороды, вооружились топорами, запретили женам, детям общаться с чужаками и назвались “Опричным братством Ивана Грозного”. Корреспондент “Мира новостей” отправилась в изолированный от людей “фан-клуб” Ивана Васильевича, чтобы на один день стать “сестрой бородачей”. - Возвращайтесь в редакцию. Как угодно выкручивайтесь: “Дорогу размыло, ураган прошел, поезд отменили”, – только не суйтесь в Кощеево. Участковый туда не поедет, постовой милиционер, как узнал, что придется провожать человека к опричникам, пропал в суде, глава сельского округа не вернулась на работу. Три года назад были там документалисты. Только выгрузились с камерами – кощеевцы на них с криками: “Зарублю!” Топорами махали, конями давили. Прибьют вас – хлопот не, оберешься. Часовые поиски “следопытов”, знающих тропу к опричникам, позволили детально изучить райцентр, но не решили проблему безопасности: УАЗ вытряхнул гостью в километре от деревни, рослый мужик – водитель из любимской администрации – гордо возвестил: “И я боюсь. Никуда отсюда не двинусь. Если что – орите: вызовем оперативников”. Пришлось влезть в сапоги, завернуться в платок, дорисовать на своем лице очки и смирение, зарыть фотоаппарат в сумку и пошагать к избам с узкими окошками на дверях, заменяющими “братьям” систему видеонаблюдения. Оглядываясь на веревки с дырявыми детскими вещами, рассыпающиеся телеги, косые калитки, облегченно вздыхаю: “Хозяина нет, и, судя по всему, давно. Значит, в избах только женщины и малышня – драться не станут”. - Кто там? – Дверь отвечает на стук детским голосом и чечеткой босых пяток. - Мам, тетя какая-то просится... Чужая... Спросить, кто? - Марфа я. Собакина. Примите меня в опричники. Российский паспорт в Кощееве не в чести: знак дьявола. В селе Кинтаново, где учатся дети опричников, а их матери раз в неделю покупают продукты, говорят, что постоянную прописку в закрытой деревне имеют семьи Кублинских, Романовых и Чистобородовых. Из девяти воспитанников местной школы четверо – ребятишки членов “Опричного братства”. - Младшему восемь годков, старшей, Анечке, – тринадцать. Чем они от сверстников отличаются? Не пьют, не курят. Педагогов слушаются. В Бога верят, -хвалит подростков из Кощеева директор учебного заведения Валентина Романова, однофамилица соруководителя религиозной общины – “полпреда” Ивана Грозного в Ярославской области Сергея Романова. – Вы в курсе, что в деревенских школах подушевое финансирование? В год на ребенка получаем по 19 тысяч рублей. Дети “бородачей” – гарантия стабильности нашей школы. Еще трое малышей из Кощеева в подготовительный класс ходят. Пешком по три километра в любую погоду. А те, что постарше, работают на школьном приусадебном хозяйстве – грамоты в области за огород получаем и районному детсаду капусту продаем. Проблем со взрослыми опричниками не бывает. Только современную музыку в классах нам не разрешают включать – от лукавого, мол. Дети с ровесниками не общаются, заканчиваются уроки – по дороге напрямик к своим, в общину. Зато не хулиганят. Самым большим проступком у пацанят был “заезд” по свежеокрашенному полу на счетах. В сравнении с остальными учениками – с задержкой психического развития, с инвалидностью -опричники – ангелы. А что у них в избах делается, как проверишь? Мы же среди них не живем. Из беседы с главой сельского совета Галиной Смородиновой и жителями Кинтанова узнаем новейшую историю деревни Кощеево. В начале 2000-х духовный лидер “Опричного братства” москвич Андрей Щедрин выбрал земли Любимского района для своей организации. При оформлении договора о купле-продаже решающим условием была удаленность поселения от обитаемых ярославских деревень. “Бородачи” скупили в Кощееве все дома, кроме избушки на окраине. Участок принадлежал немолодой жительнице областного центра: дачница проводила на нем каждое лето, но в 2004-м ее так запугали опричники, что второй год женщина не рискует показываться на собственном огороде. Якобы соседствовать с нелюдимыми братьями соглашался лишь фермер, мечтавший приобрести здесь дом, – только и тот плюнул на затею с покупкой, попав не без “христианского участия” на четыре месяца в больницу с черепно-мозговой травмой. Сразу после выписки землевладелец схватил в охапку семью и умчался из Любимского района. - “Бородачами” опричников назвали потому, что стричь их имеет право “барин” (так они называют старшего), а появляется главный в Ярославской области редко, вот и ходят заросшими, – говорят аборигены. – Непонятные они. Во главе стоит “игумен”, остальные – “холопы”. Мужчины где-то колесят целыми днями, женщины с высшим образованием брошены в деревне, держат 15 коз, двух коров, кур, работают на грядках, растят детей. Возмутятся, захотят уехать -накажут. От людей прячутся, сидят под замком, подруг нет. Учительницу пения из Любима к себе заманили, художницу из Хабаровска привезли, а что они видят, кроме скота? Патриархальные, словом, семьи. Народ дивится: “бородачи” дома покупают в райцентре, а сами в них не живут. Поговаривают, что опричники по нескольку семей имеют: посадят баб на насесты и дальше едут гены выравнивать. Потому от них отец Сергий и сбежал аж под Углич: матушку от дурного влияния спасал. Много страшного про них слышали. Да вы с милицией поговорите – поймете, что к чему. По свидетельству районного прокурора Владимира Пенькова, с опричниками в Любиме были связаны два крупных скандала. - Сначала, в 2003-м, когда братство обживало территории, их духовные лидеры писали жалобы на администрацию, на служителей церкви, но особенно на участкового Лебедева – возмущались, почему у них требуют регистрацию и проверяют документы. Засыпали листовками про царство Кощеево, про возрождение Руси весь район. Потом неожиданно затихли – как мне пояснил один из “бородачей”, жену барина сбила машина, он посчитал это карой небесной за нападки в адрес милиции и приказал оставить правоохранительные органы в покое, – вспоминает Владимир Геннадьевич. – Потом с депутатами, комиссиями из Генпрокуратуры сюда нагрянула уроженка Донецкой области Александра Жукова. Ее дочь была регентом в Введенском храме, а после приезда “опричных братьев” ушла с ними. Мать никак не могла ее вернуть домой, сама в Кощееве какое-то время жила, потом сбежала. В заявлении написала, что дети опричников под лавками в ящиках спят, за провинности в общине на кол сажают, женщин плетьми бьют, насильно в секте удерживают, обещают казнить за непослушание. Документально факты не подтвердились, Александра Павловна уехала ни с чем, а дочка ее в прошлом году умерла. Фраза “факты не подтвердились” означает: ни одну из комиссий не пустили в дом. Кто и как проверял условия существования в общине, если опричники разговаривают с чужими только через дверь, – загадка. - У Жуковых, скорее, был семейный конфликт. Не верим в страшилки об опричниках. – В сторожке рядом с Введенским храмом общаемся с отцом Виктором и его внучкой Настей. -“Бородачи” сперва ходили к нам молиться, усердно поклоны били. Однако верующие с ними не поладили, не приняли их иерархии: держались люди “Опричного братства” надменно. Когда переманили у нас регента и учительницу, что пели на клиросе, я в сердцах назвал их сектантами, – сокрушается отец Виктор, – до сих пор себя виню. Вот они из города и исчезли. Батюшка не захотел рассказывать, как “опричники” приходили к нему “разбираться”, как написали на него в прокуратуру лживый донос о продаже икон, как подробности личной жизни внучки разлетелись по району в виде грязных листовок. - Бог с ними. Пусть строят судьбу как хотят. Ничего дурного им не желаю, – заключает священнослужитель. Очередной сенсацией, связанной с современными опричниками, стало решение любимской администрации установить в районе памятник Ивану Грозному. Статуя царя уже есть в здешнем музее, но этого, по мнению местного главы Александра Кошкина, мало. На постаменте в центре города раньше сидел Сталин, сейчас мечтает Лермонтов. В прошлом году власти хотели “выгнать” Михаила Юрьевича и освободить площадку под фонтан, но после банкета у губернатора, где руководители любимской администрации закусывали с Зурабом Церетели, чиновники решили соорудить памятник Грозному. Скульптор обрадовался, даже эскиз на салфетке набросал. Архиепископ Ярославский и Ростовский Кирилл в сентябре 2005-го встретил новость обращением в прокуратуру и письмом к губернатору: дескать, и так в Любимский район со всей страны стекаются шизофреники, желающие канонизировать Грозного, а секта опричников, насчитывающая пять тысяч человек, не подвергается никаким гонениям со стороны правовых органов, а теперь совсем житья не будет. Несмотря на недовольство православной церкви, Кошкин от идеи увековечить память основателя города не отказывается. Члены “Опричного братства” тихо празднуют победу – листовки 2003 года с призывами возвратить царский ген дали свои всходы. К скорому переезду в Любимский район готовятся опричники из Москвы, Новосибирска, Одессы. “Из Кощеева очищать землю российскую будем”, – обещают “бородачи” в листке, смяв который продолжаю стучать в двери их неказистых изб: “Ну вы чего? В опричники принимаете или нет?” - Ступай, Марфа. Мамка велела передать, что журналистов не пускает. Вечером в Любиме мой камуфляж и поход в “сестры” становятся предметом шуток среди верующих: - Там бы тебя дисциплине обучили. Сидела б, лошадям гриву в косы заплетала. Точно б стала третьей женой Ивана Грозного. Художники и музыканты у них уже есть, а пресс-секретаря, умеющего доить козу, пока не нашли. - Почему тогда отшельники погостить не предложили? - Команды из Москвы не было. Барин не позвонил. Сотовая связь в изолированной от мира деревне – уже не юмор. Если забраться на крышу кощеевского сарая, можно поймать Би Лайн, получить инструкции от последователя Ивана Грозного и идти обращать местный люд в свою веру агитками, отпечатанными в столичной типографии. 27.09.2005 Источник: Мир новостей http://www.religare.ru/monitoring21884.htm