Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

Константинопольский архиепископ Несторий был осужден на Ефесском соборе под председательством Кирилла Александрийского в 431 г. Несторий был обвинен в том, будто он разделяет Христа на «два лица» и, следовательно, на «два сына». Однако, как показывают труды самого Нестория, он так никогда не учил, и обвинения, выдвинутые против него Кириллом Александрийским, были ложными. Чтобы в этом убедиться, достаточно прочитать лишь некоторые цитаты из «Книги Гераклида» Нестория, приведенные в работе Н.Н.Селезнева «Несторий и Церковь Востока», М.: Путь, 2005, 111 с. http://silesnius.narod.ru/main_ru.htm“Божество приняло образ существа человечества, и человечество приняло образ существа божества, так, что стало одно лицо единства, и свойства человечества принадлежат Богу Слово, а божества -- человечеству, в котором Он воплотился, тесно соединившись в одно и то же благодаря домостроительству ради нас”. (стр. 76)“Тот, кто говорит, что в единстве -- один Сын, один Христос, один Господь, как может он разделять и говорить, что отдельно есть Сын Божий и некий другой, и так -- два сына? Это не было бы единством, но каждая природа оставалась бы в своем [собственном] существовании. Не говорим, что Бог Слово стал плотью в Своем существе, но в единстве с плотью; и так же плоть не именуется сыном вне единства с Сыном Божиим. Поэтому одна плоть в [союзе] двух, и один лишь Сын в [союзе] двух. Тот, кто есть и именуется в единстве, не есть и не может именоваться в различении и разделении взаимном. Так Бог Слово в Своей природе -- бестелесный Бог, но в единстве с плотью именуется плотью. Так же плоть в своей природе есть тело, и то, что есть тело по существу, есть Бог и Сын Божий в единстве с Богом Словом Сыном Божиим. Не говорим, что есть две плоти или два сына”. “Прочти, о человек, тех, кто среди свидетелей твоих, и не сражайся с тенью. Есть две природы: Бог и человек, но нет двух сынов, ибо иная и иная суть составляющие, образующие Господа нашего, и не иной [некто] и иной [другой], упаси Бог!”. “Две природы суть не в Слове Божием, но в Сыне, и не есть Сын -- иной, а Бог Слово -- иной, но одно [т.е. ”Сын“] обозначает единство, другое же [т.е. ”Бог Слово“] -- существо”. (стр. 77)“Если бы я сказал о Христе, что иной есть Бог Слово помимо Христа, или Христос -- помимо Бога Слово, вы были бы правы. Но если я не говорил этого и если я этого не говорю, и если, напротив, я исповедую иначе, и если я говорю еще теперь, не изменяя того, что я говорю, то же самое, найди же разницу в обозначаемом. Ибо я говорю, что имя “Христос” обозначает две природы. “Бог” же -- одну природу. Иное есть имя, обозначающее две природы, и иное -- обозначающее одну; и это не значит, что имеется в виду нечто отдельное. Как если бы кто сказал о человеке, что имя “человек” обозначает одно, а “разумная душа” -- другое. Это не значило бы, что человек есть нечто одно, а его душа -- другое, [существующее] помимо этого человека”. (стр. 78)“Вещи различные по естеству суть поклоняемы в одном поклонении, и о них говорится как о поклоняемых вместе, но когда мы говорим о единстве лица, а в лице нет разделения, как возможно, чтобы одно было выделено и о нем говорилось как о покланяемом отдельно?” (стр. 82)“Невозможно воспринимать его [т.е. лицо единства] как одно без единения, но человек есть человек, и Бог есть Бог. Два суть один Сын, один Господь”. “Мы действительно изыскивали как следует понимать и естественно именовать эти свойства плоти и разумной души, и свойства Бога Слово. Так, будто все они принадлежат Богу Слово в природе, или же Христу, таким образом, что две природы соединяются в единство в одном лице? Сам я утверждаю, что единство есть в лице Христа”. “Мы не говорим: единство лиц, но природ. Ибо в единстве есть лишь одно просопон [греч. ”лицо“ - Д.К.], в природах же -- одно и другое. И так лицо признается за целым. Как Свое лицо принял Он плоть, зрак раба, посредством сего говорил, когда учил, действовал, творил дела. Он дал Свою собственную форму форме раба и из этой формы Он говорил как от Своего лица и от божества. Лицо общее, единственное и то же самое. Форма раба принадлежит божеству, а [форма] божества -- человечеству. Лицо же -- одно и то же”. (стр. 83)“Божество пользуется просопон [”лицом“ - Д.К.] человечества, и человечество -- просопон божества, и так мы говорим: одно лишь лицо двух [естеств]”. (стр. 84)“Один Христос, один Сын, один Господь. В единстве божества и человечества Тот же есть Сын, и Господь, и Бог”. (стр. 85)