>>>Как вы считаете, кто нам (православным) ближе - еретик или ортодокс-иноверец и почему? Вопрос этот в христианстве решается легко, на основе анализа двух похожих Евангельских понятий: брат и ближний. Братья - это тот, кто имеют одного отца. В христианском понимании слово “брат“ означает “тоже сын Отца Небесного“, и братом христианину является всякий человек, духовно рожденный от Бога. Упрощенно можно сказать так: брат - значит близкий по убеждениям, близкий по вере, близкий по мировоззрению. Назвать кого-либо в духовном смысле братом - значит признать его и себя детьми одного и того же отца. Например, сказать сатанисту “брат мой“ - значит назвать его и себя сынами одного отца духа, так что со словом “брат“ следует быть несколько осторожнее, понимая что именно это слово означает на духовном языке. А вот ближний - это тот, с кем как-либо контактируешь, независимо от духовного родства. То есть если ничего не знаешь о человеке, то он вовсе никакой не ближний. Если не имеешь никаких отношений с человеком - он не ближний. Ближним называется тот конкретный человек, с которым вступаешь в какие либо взаимоотношения. Например, наступивший тебе на ногу в троллейбусе - это тоже ближний. А, например, человек, прошедший мимо тебя на улице, которого ты даже не заметил в толпе - это для тебя никакой не ближний. Весь вопрос в том, были ли с ним какие-то отношения. Кто проходит мимо - тот не ближний. Кто контактирует - тот ближний. Христос говорит “возлюби ближнего“ - именно смысле христианского отношения к тому, с кем так или иначе приходится общаться. Какой бы ни был этот ближний, добрый ли, злой ли, друг или враг - не важно, люби его какой он есть. Именно в этом христианский смысл любви к ближнему, а вовсе не в “сортировке людей по степени близости“, и не в абстрактной “любви ко всему человечеству“. (Взаимоотношения с братьями у христиан обычно складываются несколько сложнее: мы постоянно норовим заметить сучек в глазу брата своего и не заметить бревна в своём глазу, и забывая о братолюбии поднимаем планку требовательности к брату своему на запредельную высоту. Конечно, в христианстве де-факто существует двойной стандарт отношений, и это наверное правильно, с братьев спрос больше, но обличения не отменяют любовь...) Вот вопрос армяне, азеры - кто из них “ближе“?.. А мы-то должны любить ближнего вне зависимости от национальности, географического положения или государственной религии. Среди них есть наши братья - христиане, и христиане - уже не армяне и не азеры, христиане просто вне национальностей. В любом случае как минимум 99% людей вокруг - это люди мира сего, но не люди Царства Божиего, и это не зависит от национальности никоим образом. Любить нам следует не в зависимости от того, “кто ближе“, а любить всякого, кто ближний. Ближний - это не в смысле “тот, кто ближе других“, а в смысле “все кроме тех, с кем не имеешь никаких отношений“. Поэтому сама формулировка вопроса - “кто нам ближе - еретик или ортодокс-иноверец“ по-сути совершенно неверная: нет такого понятия “ближний ближе и ближний дальше“. Понятие “ближний“ - это понятие бинарное: либо ближний, либо не ближний, и никаких промежуточных стадий не существует. В то самое мгновение, как ты вступаешь в какие угодно реальные взаимоотношения с человеком - он становится твоим ближним. Духовно можно спросить так: “кто такой ближний?“, однако нельзя спросить “кто ближе?“. Вопрос “кто ближе“ является в этом смысле совершенно некорректным, поэтому на него и не существует никакого правильного ответа.
