Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

Парламентская газета № 1291 за 04.09.2003 Автор: Беседовал Петр ЖУЛИКОВ. Символ веры Многое изменилось в нашей стране за последние десять-двенадцать лет, сменилась экономическая формация, сократилась территория, почти совсем умерла прежняя идеология. Можно по-разному судить, хорошая эта идеология была или плохая, но большинство граждан ее признавало, и, когда она провалилась, многие даже сожалели об утраченных иллюзиях. Ничего взамен новая экономическая формация людям не дала. Как показывает статистика, лозунги всех многочисленных политических партий сегодня интересуют максимум десять процентов населения России. Потеряв прежние идеалы, люди стали вспоминать о Боге, стали возвращаться в традиционные для России православные храмы, мечети, а под шумок и в католические, и баптистские, и прочие, в том числе и агрессивные конфессии. Люди, вспоминая Бога, начали иногда заходить в церковь, но как-то походя, как будто выполняя какую-то повинность: пришел, перекрестился, бросил нищему монетку - выполнил свой долг. Мы не понимаем, что современная Православная церковь - это не музей древности, а институт современных моделей и методов работы с людьми, и в первую очередь с молодежью. Сегодня у многих, и в большей степени у молодежи, проблема номер один - это потеря смыслов жизненных, но именно молодежь церковь, к сожалению, воспринимает местом, где молодежи-то и места нет, мол, это удел одиноких старушек. Большинство даже не знает, что общение в церкви может быть просто интересным, не знает таких деятелей Русской православной церкви, как дьякон Андрей Кураев, профессор Свято-Тихоновского православного института, лекции которого приезжают слушать со всего света. Беседа с таким человекам, наверное, будет интересна для читателей нашей газеты. - Противники христианства обвиняют христиан в том, что они носят крест - орудие убийства своего Бога. - Вопрос этот сегодня уже риторический, и ответить на него можно было бы просто: крест - это Символ веры, знак любви Бога, Который прошел Свой путь от рождения до этой страшной муки на кресте за людей. У нас в России много граждан, которые потеряли близких на войне, и они хранят кусочек гимнастерки, пулю, осколок снаряда. И для россиянина эта пуля - свидетельство мужества и любви того человека, который погиб, защищая нас. И крест для нас, христиан, не знак жестокости евреев, потребовавших от Понтия Пилата смерти Христа, а именно Символ веры. - Сегодня многие говорят об экуменизме, об общности и слиянии религий. Насколько экуменизм опасен или полезен? - Здесь однозначно ответить нельзя. Если под экуменизмом имеется в виду диалог, обмен информацией, то я считаю, это полезно и нужно, но если под экуменизмом имеется в виду подгон разнообразных религиозных традиций под некий стандарт, сложившийся в чьей-то голове, то экуменизм будет насилием над реальным разнообразием религиозных традиций. Если под экуменизмом имеется в виду равнодушие к вере и к различиям между верами, тогда экуменизм, я считаю, становится изменой самой сути религиозной жизни. Но есть еще одна странность, которая присутствует не только в экуменистических брошюрах, но и в российских законах, касающихся отношений верующих людей между собой, - запрещается проповедь превосходства одной религии над другой. И это очень опасная тенденция. Мир религии - это мир чувства, это мир влюбленных людей, а влюбленный человек предмет своей любви, естественно, считает лучше, чем все остальные. Без всякого сомнения, необходимо запретить оскорбление религий, но заявлять о превосходстве своего выбора - это естественное человеческое право. Если человек считает, что его любимая лучше других, то он должен иметь право говорить об этом. Если человек считает, что его вера лучше, чем вера других, утверждать это - естественное право человека. - Но почему так мало православной литературы для детей, для молодежи, в то время как другие конфессии предлагают широкий выбор? - Такая литература есть, но она не доходит до светских книжных магазинов. Почему? Может быть, наши книгоиздатели не печатают такую литературу исходя из того, что церковные люди обычно бедные, если и печатают такие книги, то выбирают самую дешевую бумагу, печатают без иллюстраций, и книги эти проигрывают. Возможно, в каких-то книготорговых центрах уже сидят люди, у которых аллергия на православие. Есть тут и еще одна проблема: в целом религиозная ориентация постсоветской эпохи сложилась вне православия. И в этом плане структура книжного рынка отражает структуру тех выборов и предпочтений, которые есть в сознании читающих людей, когда на одну православную приходится тридцать-сорок книг по оккультизму. - И как же детям, молодежи объяснять преимущества нашей православной веры? - Сначала должны появиться такие книги для взрослых, чтобы доходчиво и понятно, без оскорбления чувств людей инаковерующих объяснять преимущества православия. - Но сегодня в идеологическом плане мы теряем молодежь, детей, идет пропаганда западных религиозных и идеологических ценностей. - Да, сегодня многие родители стремятся дать своим детям прозападное образование. Это естественный и порой даже неосознанный выбор родителей, желающих, чтобы их ребенок готовился к эмиграции. Логика проста: жалко, что сами родились в этой чумазой России, пусть хоть дети подышат воздухом свободы на Западе. Что ж, обидно, но это их право так думать и так воспитывать своих детей. И пусть отдают свое потомство в английскую спецшколу, где дети будут адаптироваться к будущим условиям своей жизни. Таких спецшкол предостаточно. Есть такие, кто считает, что главное для ребенка - это спорт, рекорды и слава, это тоже распространенная позиция, пожалуйста, есть спортивные спецшколы. Но ведь так думают не все, не все мечтают об эмиграции, не все хотят видеть своих детей чемпионами. Многие думают и о своем будущем в России с ее духовными православными ценностями и традициями. Даже официальная статистика говорит, что таких восемнадцать процентов, хотя я уверен, что эта цифра сильно занижена. Хочется только подчеркнуть, что если даже официальная статистика подтверждает, что все-таки есть и такие люди в России, которые думают не о загранице, то это совсем немало. И если эти восемнадцать процентов, которые считают, что главное в ребенке - душа и важнее быть единодушным со своим ребенком и со своими предками, так пусть хотя бы для них будут православные школы. Почему же для них нельзя создавать православные школы? В конце концов в этих школах даже может отсутствовать урок слова Божиего, но пусть будет углубленное изучение церковнославянской письменности. Кстати, это была мечта академика Лихачева Дмитрия Сергеевича. Когда в середине девяностых годов разразилась дискуссия, на каком языке должна служить Русская православная церковь, не пора ли на современный русский язык переводить богослужение, отказавшись от церковно-славянской письменности, академик Лихачев сказал: ни в коем случае, напротив, в школах надо ввести изучение церковно-славянского языка, потому что это позор, что для нас допушкинская литература непонятна. Но ведь русской литературе не двести лет, ей тысяча лет, но допушкинский автор для человека, не знающего церковно-славянский язык, в сущности закрыт. А церковно-славянский язык - это целая сокровищница для ребенка. Во-первых, это просто интересно. Например, “Отче наш”. Какой падеж у слова “отче”? Дети вываливают набор всех известных падежей и не угадывают. Это звательный падеж, но в современном русском языке нет звательного падежа, и ребятенки не знают, в какой форме стоит это слово. А ведь был звательный падеж, и в русском языке он сохранился только для двух слов: Боже и Господи. А ведь неплохо, если бы дети знали, как правильно друг к другу обращаться, и запомнили, как кого звать. В звательном падеже звать надо не Алешкой, а Алексием, а к Оленьке надо обращаться: Ольго. - Еще есть один вопрос: об отношении Церкви к ИНН для физических лиц? - У этой дискуссии очень много инициаторов, и часть претензий к ИНН, конечно, справедлива. Во-первых, как вообще будут соблюдаться права человека в условиях компьютерной цивилизации, когда с помощью электронных карт каждый человек становится прозрачным. С помощью современной техники в режиме on-line можно наблюдать не только войну в Персидском заливе, но просто жизнь каждого отдельного человека, особенно если этот человек идет против течения, против толпы. Современные средства электронных СМИ, в том числе радио, телевидение, Интернет, готовят людей к этому. Не случайно во всем мире почти одновременно появились передачи типа “За стеклом”. Это не просто телевизионное шоу, это подготовка людей, молодого поколения к тому, что им придется жить в незащищенном мире под глазом телекамеры, и это есть хорошо, это “комильфо”. Привыкайте, что за вами будет все время следить Большой брат. И на самом деле уже сегодня почти в каждом подъезде учреждений и во многих жилых домах, на каждом перекрестке, в каждом магазине стоят видеокамеры, и каждый шаг каждого человека в мегаполисе уже можно отслеживать. И почему-то только Православная церковь поднимает этот вопрос. Почему-то наши записные правозащитники на эту тему не решаются ничего сказать. - Такая ситуация складывается только в России или и в других странах? - В некоторых европейских странах принимаются законопроекты, запрещающие создание единой базы данных на каждого человека. И это правильно. Нельзя объединять базы данных ФСБ, таможни, ГАИ, медицины. Нельзя, чтобы слишком много информации об одном человеке могло оказаться в одном ведомстве, в руках одного чиновника. В других странах есть законы, которые требуют, чтобы у человека было право доступа к тем досье, которые на него собирает государство. А у нас в новых паспортах планируют ставить машинносчитываемые записи. Сейчас пока еще это только белая полоса в новых паспортах, но со временем это будут магнитные полосы. И какая представляется перспектива? Я встречаюсь с милиционером, даю ему паспорт, он его сканирует и узнает обо мне какую-то информацию, которую я сам не знаю. Я не знаю того, что я о себе сказал этому милиционеру. Я считаю, что это нарушение моих прав. Церковь заметила эти вещи и возвысила свой голос протеста. Но в самой Церкви и около нее оказался целый ряд людей, которые заинтересованы в том, чтобы спровоцировать какой-то раскол. И вся история вокруг полемики по штрихкоду показывает, что это чьи-то направленные на раскол усилия. В мире религии есть своя психология. И здесь в ИНН мы видим предельный символ несвободы. И каждый раз, встречаясь с очередным ограничением свободы человека, церковное народное мышление узнает события Апокалипсиса и начинает говорить, что царство антихриста усиливает свои позиции. Есть люди, которые совершенно сознательно используют эту народную психологию для того, чтобы спровоцировать раскол в Русской православной церкви и этим самым парализовать участие Церкви в национальном возрождении России.