Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

При обсуждение темы #21908 «Америка на пороге расовых катаклизмов» возникла характерная ситуация: наши бывшие сограждане начали активно поливать Россию, всех «совков» и тех, кто ее защищает. О шекспировском накале страстей на теме можно судить по тому, что от нее сейчас осталось (а еще интереснее – по тому, что удалено модератором и автором темы р.Б. Иоанном 15.07.03, так как обсуждение после красной черты как раз и достигло апогея, и были удалены почти все постинги.). Как выяснилось, “под нож” сразу по появлении попал и мой постинг: #602756 15.07.03 Тема давно и прочно перетекла в другое русло - дискуссию между теми, кто уехал, и теми, кто остался. Мне только что попалась статья, где ситуация эта очень точно описана http://www.russ.ru/ist_sovr/20030610_b.html. http://www.russ.ru/ist_sovr/20030610_b.html Я писала примерно об этом же, только - в силу формата - менее подробно и систематизировано. PS Отвечать на последние постинги лично их авторам я и без Вашей красной черты не собиралась - словами отвечать там не на что, а дуэли у нас и у них не практикуются :(( Думаю, эту проблему все же уместно обсудить на форуме так что выношу это на отдельное обсуждение. ВЫДЕРЖКА ИЗ СТАТЬИ Прошли времена, когда всякого отъезжающего объявляли предателем, и наступили времена, когда всякого остающегося клеймили конформистом; множество народу из Штатов и Европы понаехали сюда к нам в восьмидесятые-девяностые и стали объяснять, что оставшиеся были трусами и приспособленцами, а вот они героически вырвались из темницы... Поистине пропаганда раннеперестроечной поры была по своей интенсивности почти геббельсовской - да еще и добавлялось к ней искреннее желание всей страны избавиться от советских ограничений, расслабиться, отказаться от навязанных идеалов (потом оказалось, что вообще от любых)... Многие до сих пор верят, что, уезжая из России, они выбирают свободу. ... ...отъезд или неотъезд (по крайней мере, в нынешних условиях) не означают ни особой тяги к свободе, ни патологической ненависти к Отечеству. Тот, кто остался, - не обязательно жаждет сделать карьеру холуя, боится реальной конкуренции или обожает российских почвенников. Тот, кто уехал, - не обязательно рвется к демократии, не всегда презирает Россию и желает ее погибели. Тут какая-то другая граница, даже к патриотизму, скорее всего, отношения не имеющая. ... Так вот: чувство ответственности за страну проживания - за выбор, которого ты не делал, - дается с рождения; оно либо есть, либо нет. Космополитизм - тоже врожденное качество: есть люди, которым действительно все равно, где жить, и нет у них никакой привязанности к конкретной точке на карте. Есть люди, настолько эмансипированные от всего имманентного, что у них и на собственных родителей - вполне объективный взгляд, видят они их ограниченность, трусость, болтливость, совковость... и прямо говорят об этом... Лично мне такие люди могут быть несимпатичны, но я всегда отдаю себе отчет в том, что это взгляд субъективный, основанный на моих частных предрассудках и ни для кого другого не обязательный. Все мы делимся только по одному признаку: одни еще соотносят себя с Россией, другие - нет. При таком различии точек зрения, казалось бы, и разойтись с миром, и не пересекаться более - во всяком случае, не вести теоретических споров, потому что эмигранту с остающимся так же не договориться о Родине, как самоубийце с жизнелюбцем; можно спорить о погоде или моде, но вот о стране проживания - никак. Однако что-то заставляет наших уехавших соотечественников развивать бешеную активность на форумах Интернета, наводнять сетевые и бумажные издания гневными филиппиками и пылкими проклятиями в адрес тех, кто все еще тут торчит - и, стало быть, терпит и поддерживает этого Путина, эту коррупцию, эту Чечню... молчаливо за все это голосуя своим пребыванием здесь... Я легко, с первой строки, определю - здесь или там проживает мой оппонент. Набор аргументов у него один и тот же: он выбрал порядок, законность и вольность, он прекрасно живет, купил недавно вторую машину, дети его в школе никогда не подвергаются гонениям и унижениям, его страна несет миру справедливость (если речь идет об англичанине или американце времен иракской войны), а наш народ давно находится в стадии вырождения и ни к какой эволюции не способен. И прекрасно, и таскать вам не перетаскать, и дай вам Бог здоровья и генеральский чин; для чего же вы все время хвастаетесь тут своим процветанием, одновременно пытаясь всех убедить, что уехали не за порядком и не за второй машиной, а прочь от несвободы и беззакония? Какой тайный комплекс компенсируется этим безудержным самоутверждением? Почему вам мало просто покинуть эту страну, но надо еще и втоптать в грязь всех оставшихся? Может быть, так избывается неизбежная травма пересадки на чужую почву, комплекс изгнанника, чужака, который должен теперь доказывать свои способности принимающей стороне? Ну так признайтесь в этом, и дело с концом; меньше крови друг другу попортим! Все эти разговоры маскируют элементарное желание как-нибудь сделать так, чтобы покинутая эмигрантами страна вообще исчезла с лица земли, перестав быть их травмой, родимым пятном и живым укором. Набоков проделал долгий путь от “Греем последним дыханьем ноги твои ледяные” до “Отвяжись, я тебя умоляю!”; отчасти этот путь был предопределен бесконечными лишениями и унижениями его эмигрантской жизни. Будучи еще относительно обеспеченным юношей, он мог себе позволить ностальгию, - озлобленным, сорокалетним, никому не нужным русским поэтом он требовал, чтобы Россия именно отвязалась, перестала нашаривать его “в угольной яме”, отпустила к окончательному перерождению. Она и отпустила, и получился хороший американский писатель. Но набоковский вопль “Отвяжись!” я понять и даже оправдать могу, а вот эмигрантского злорадства при виде всякой новой русской катастрофы - не понимаю и не прощаю. Ибо добывать себе моральную правоту такой ценой, оправдывая свой отъезд бесконечными реестрами наших трудностей и несчастий, - это не просто безнравственно: это глупо, наконец. Ваш отъезд не нуждается в оправданиях, это в вас советские штампы глубоко засели - прошлое-то у всех пионерское, школу все кончали в Совке. Уехали - и ладно, и Бог с вами, но перестаньте же оттуда уговаривать нас и себя, что жить здесь нельзя, что страна эта проклята и что чем быстрей “все это” кончится - тем лучше! В этом и заключается наше главное расхождение: мы, оставшиеся, признаем все несовершенства Путина, все ужасы Чечни и всю мерзостность российской бюрократии. Мы понимаем, что до сих пор живем в Советском Союзе - только бесконечно упростившемся и обнищавшем; с правами человека у нас так себе, с благосостоянием не лучше, огромную часть народа составляет быдло... Но это - наша проблема и наша вина; мы разделяем ответственность за это, ибо здесь живем. Россия не кажется нам безнадежной. Мы искренне пытаемся сделать ее своей - такой, чтобы нам здесь было не стыдно. Ведь единственный способ жить в стране - это чувствовать ее своей, какова бы она ни была; мы уважаем выбор тех, кто ощущает ее чужой. Уважайте и наш - и не лезьте к нам с вашими критериями: вашей она все равно уже никогда не будет. Жить тут - нам, обустраивать все это пространство, извините за солженицынский термин, - нам же. Есть свой интерес в том, чтобы браться за безнадежные дела. Вы от этого дела устранились - и всегда будете правы; мы правы не будем никогда. Нам отвечать за все, что происходит здесь. Вам - никогда ни за что не отвечать, ибо вы чужие здесь и там, сколь бы ни стремились доказать нам свое глубокое и органичное врастание в американскую культуру. Спасать этот мир - а не только страну - вообще довольно безнадежное занятие: все ведь знают, чем это кончится. Но нам отчего-то кажется, что наш подход благотворнее; если для вас благотворнее ваш - это не повод для спора, а частный выбор оптимальной стратегии, не свидетельствующий ни о нравственности, ни о безнравственности. Наша позиция, конечно, осложняется еще и тем, что нашей стране искренние патриоты ни к чему - по крайней мере, их чуждается власть; это тоже наша вина. Значит, будем менять власть. Но уж без советчиков. .... Быть русским сегодня - значит не быть, горько заметил один славный социолог. Уточню: быть русским сегодня - значит сделать трудный и непопулярный выбор, никакого отношения не имеющий к этнической принадлежности выбирающего. Быть русским - слишком долго значило быть звероватым, тупым, самоцельно и бессмысленно жестоким, зашоренным, покорным только силе; не мешайте отмывать это понятие тем, кто еще не считает его скомпрометированным безвозвратно. Я понимаю, что в случае успеха вам будет очень обидно. Если все получится, мы вас пустим обратно. Дмитрий БЫКОВ, 10.07.03 Убедительная просьба - постараться придерживаться писанных правил форума.