Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

Посмотрите на людей вокруг, найдутся ли среди них святые? И вообще, каким должен быть святой? Возможно, святой - тот, кто не грешит - не нарушает, не сквернословит, не делает ничего предосудительного, а но соблюдает целомудренность, пребывая над пороками и не желая ни на минуту оказаться рядом с чем-либо грешным. А может, святой - кто обладает сверхъестественными способностями - творит чудеса, исцеляет болезни? В отличие от “простых смертных”, он может запросто ходить по воде, читать чужие мысли, знает наперёд будущее, разговаривает с небожителями? Может быть и так, что святой узнаётся по словам - по его проповеди религиозных истин, по стремлению проявлять свою религиозность, он постоянно призывает к покаянию и молитве, он говорит ярко и убедительно, обращая внимание людей к Богу... Ясно то, что формальные признаки святости неполноценны, они никак не отвечают на вопрос о том, является ли человек святым. Классический “волк в овечей шкуре” может обладать множеством формальных признаков святости (в них и состоит “овечья шкура”). Что же получается? Выходит, по внешним признакам вообще невозможно узнавать святых? И если внутреннее знает только Бог, то получается, что святых никак не может узнавать человек. С другой стороны, можно рассуждать иначе. Если существует понятие святости, то из этого следует, что каждый верующий под этим понятием что-то подразумевает. Скорее всего, представления о святости формируются по принципу ощущения духовной родственности, то есть существует вера - элемент святости, а с ним ассоциируются некоторые родственные этой вере представления, что вцелом и формирует ассоциативный базис религиозных воззрений человека. Если назвать этот комплекс представлений - верой в Бога (а сами убеждения можно назвать богами), то тогда получается, что у всякого верующего человека всё-таки есть своя система критериев, позволяющая распознавать святость. Эта система формируется по принципу ощущения родственности своей вере. Что из этого следует? Из этого следует что, во-первых, всякое заявление, явление, или предположение, верующий человек может распознать в соответствии со своими внутренними ощущениями - является ли наблюдаемое им родственным собственной вере (святости). Иначе говоря, верующие всё же имеют критерии для распознания святости. Во-вторых, из этого следует и возможность распознания святых. То есть если некий человек соответствует некоторым критериям святости, которые выдвигает некий верующий, то, с точки зрения этого верюущего такой человек будет являться святым. Обобщая верхнее и нижнее получаем такой вывод: -не существует никаких формальных, юридических критериев, которые бы позволяли распознать святость, или же отличить святое от грешного. -существует персональное ощущение благородства (т.е. родственности Благому), позволяющее распознавать благо, святость и святых. Вспомним сюжет Евангелия. Явился миру Иисус Христос, чудеса твоит, проповедует. Чем же отвечают люди? С одной стороны, есть люди, которые тянутся к Христу, идут за Ним, руководствуясь, по всей видимости, не вполне осознанным ощущением духовного родства - любовью, которая всегда сильнее разума. Некоторые из них пытаются формализовать свои стремления, говоря “мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки” (Иоан.1:45). С другой стороны в Евангелии мы видим и другую схему поведения - гонители, которым Христос, являя Себя, приносит ощущение чуждости и ненависти, из-за чего гонители начинают Его преследовать и ведут на распятие. Причём схема действия преследователей в некоторой степени аналогична схеме схеме действия последователей: и те и другие пытаются формализовать и объяснить своё отношение - только одни объясняют свою любовь, а другие объясняют свою ненависть. Почему ученики идут за Христом? Потому что любят Его. Почему гонители убивают Христа? Потому что ненавидят Его. Причём каждая из этих двух категорий, со своей точки зрения, поступает правильно. С точки зрения гонителей - необходимо избавиться от “соблазнителя народа”. Но на самом-то деле они просто ненавидят Христа, и обосновывают своё право гнать Его. С точки зрения учеников - “мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки”. Но на самом-то деле они просто любят Христа, и обосновывают своё право следовать за Ним. Воскресением Сына Господь Бог показал, кто из этих двух категорий были правы. Но мы сейчас рассмотрим поведение этих сторон с формальной стороны. Если не знать заранее, что Христос - Сын Божий, то как лучше поступить - слушать или гнать? Гонители - рискуют “проклясть святость”, отделив тем самым себя от святости. С другой стороны, если гонимый ими не свят,то они “защищают народ” от соблазна. Последователи - рискуют попасть под “соблазн волка в овечей шкуре”, ошибившись. С другой стороны, если они последуют святости, то станут на верный путь. На мой взгляд, эта задача не имеет формального решения. Если дейстовать формально, то нужно - либо гнать всех, кто так или иначе претендует на священную роль, - либо принимать всех таковых, - либо разработать жесткую схему формальных требований, под которую должны обязательно попадать все святые. Причем все три подхода можно вполне обосновать с позиций Писания. И все три подхода на самом деле ущербны, потому что каждый конкретный человек станет либо гонителем, либо последователем вовсе не в силу логических доводов, а в силу гораздо менее ясных, в силу необъяснимых ощущений духовного родства, в силу любви. Сначала человек совершит выбор, а потом будет логически обосновывать свой выбор, доказывая, что на самом деле всё соответствует жестким требованиям и критериям... И вот что я думаю: если человек испытывает потребность в святости, то его “юридизм” будет невелик. Жестко-формальные требования к тому, что можно назвать святым, будут таковыми, чтобы в эти рамки хоть кто-нибудь мог бы уложиться. С другой стороны, если человек выдвигает такие критерии святости, которым не может вполне соответствовать ни один человек - то отсюда можно сделать вывод, что человек сей просто не испытывает потребности в святости, и посему заведомо преграждает ей путь. Аналогичная ситуация: представим, что есть некий закон, жестко-формальное требование к супружеской паре о том, что “настоящий муж был выше своей жены”. И вот, некая девушка, ссылаясь на это правило, говорит - “выйду замуж только за того, кто 7 метров ростом”, то есть она “поднимает планку” до такой степени, что можно сделать вывод о том, что эта девушка просто не хочет замуж, по крайней мере на данном этапе, и поэтому выдвигает заведомо невозможные (и главное, совершенно бессмысленные!) требования к своему потенциальному жениху. Напротив, если девушка хочет замуж, и всё же хочет “соблюсти закон”, то её, несомненно, устроит и такой жених, который будет на 1см. её выше. Потому что формально требование выполняется, а большего и не нужно. Вот и получается, что между критериями святости человека и его реальным стремлением к святости существует явная взаимосвязь. Через критерии проявляется уровень желания, стремления, любви. Отсюда становится ясно, почему Господь сказал гонителям -“Се, оставляется вам дом ваш пуст. Сказываю же вам, что вы не увидите Меня, пока не придет время, когда скажете: благословен Грядый во имя Господне!” (Лук.13:35) - видя реальное нежелание принять Господа, Христос удаляется от них, объявляя требования - “доколе не воскликнете: благословен Грядый во имя Господне!” - то есть до тех пор, пока они реально не возжелают Бога, что и проявится в стремлении благословлять, а не проклинать тех, кто утверждает ведение и прославление Святого.