Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

“...90-е годы ХХ века - исторически краткий, но чрезвычайно насыщенный период фундаментальных сдвигов в основах мироустройства. Эти сдвиги связаны прежде всего с тем, что с политической карты Евразии исчезло государство, занимавшее (в терминологии Х. Маккиндера) “материковую сердцевину мира (the Heartland)”. Это изменило все основные геополитические определения на Евразийском суперконтиненте. По причинам, о которых речь пойдет ниже, данные сдвиги в наибольшей степени коснулись государств и народов Центральной Азии и Кавказа, а в ряде случаев прямо-таки ударили по ним. Представляется также, что без должной исторической ретроспективы нельзя правильно оценить глубину этих сдвигов и природу геополитического единства двух территорий, соединенных бассейном Каспийского моря: ведь зачастую, как писал востоковед, этнограф и географ А. Снесарев, “история опровергает географию” (1); такие опровержения и возникают при рассмотрении исторических событий через геополитическую “оптику”. “Евразийские Балканы”? В 1997 году в США вышла книга, в которой эти два региона специфическим образом объединены в один. Я имею в виду “Большую шахматную доску” З. Бжезинского с подзаголовком “Американское первенство и его геостратегические императивы”. На стр. 124 (в издании Harper Collins) бывший помощник президента США по национальной безопасности опубликовал карту обширнейшего района на стыке трех континентов: Европы, Азии и Африки - обведя неправильным овалом территорию, названную автором “Евразийские Балканы”. Восемь новых национальных государств Центральной Азии и Кавказа (Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан, Кыргызстан, Грузия, Армения и Азербайджан) составили у З. Бжезинского территориальное ядро “Евразийских Балкан”. Кроме того, он предложил отнести к “Евразийским Балканам” отдельные части территорий еще пяти государств, расположенных по периметру Кавказско-Центрально-Азиатского геополитического региона: России, Турции, Ирана, Афганистана и Китая. “Евразийские Балканы” изображены как внутренняя зона, со всех сторон охваченная на карте внешней зоной (в виде более протяженного овала). Внешняя зона - это “зона нестабильности”, но здесь, говорит З. Бжезинский, “верховным арбитром выступает американская сила”; что же касается “Евразийских Балкан”, там, по его словам, существует “вакуум силы” (2). Какие государства либо части государственных территорий включаются (по крайней мере, на карте) в сферу, где “американская сила” осуществляет “верховный арбитраж”? Это дополнительные районы Китая (с захватом части Тибета), северо-западные районы Индии, весь Пакистан, оставшиеся за рубежом “Евразийских Балкан” южные части Ирана и Афганистана, Персидский залив и Аравийское море с соединяющими их проливами, весь Аравийский полуостров, Красное море с примыкающими к нему территориями Эритреи, Судана и Египта, Сирия, Ирак, Иордания, Ливан, Израиль, восточная часть Средиземного моря, Босфор, Мраморное море и Дарданеллы, Черное море, Азовское море, левобережная Украина и, наконец, районы Российской Федерации, которые в середине XVI века относились к Крымскому и Астраханскому ханствам. Важен контекст, в котором следует читать карту “Евразийских Балкан”. “Большая шахматная доска” - это вся Евразия площадью 49 млн. кв. км и с населением свыше четырех млрд. человек. На этом пространстве - от Лиссабона до Владивостока - “располагаются фигуры для игры”, а игроками (по З. Бжезинскому) должны выступать те, кто, двигая фигурами, вырабатывают и осуществляют планы “гегемонии нового типа” (3) в интересах “первой истинно глобальной державы” - Соединенных Штатов Америки...” Владимир Максименко, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института востоковедения Российской академии наук Весь текст статьи “Центральная Азия и Кавказ: основание геополитического единства”.