Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

Под нежностью я разумею некую врожденную деликатность чувств, мягкость взаимоотношений, заставляющую видеть в другом человеке прежде всего его достоинства и не замечать недостатки, или, по-крайней мере, находить их извинительными. а равно - общую приглушенность эмоций, ровную и тихую радость общения, успокаивающее теплое участие, надежность и твердость материнской ласки, словом все то, что бежит крика, брызганья слюной и топанья ногами, всего этого фанатичного блеска в глазах, азарта ловца человеческих душ, охотничьего инстинкта проповедника, напряженно высматривающего в камышах зазевавшуюся добычу, нервически подсекающего снасть и извлекающего из водной глубины душу человеческую, когда она, обнаженная и мокрая, со стуком падает на дно рыбацкой лодки и бьется, задыхаясь, в компании других “спасенных” (холодное прикосновение спасения, холодные руки спасения хорошо знают крещаемые младенцы того, кто угрелся под одеялом жизни, должно растормошить и вытолкнуть в утренний холод, дезориентировать, взять “еще тепленьким”, застать врасплох, пока он “не при делах”, размягчен и несет спросонья околесицу (о, эти многостраничные охотничьи инструкции “проповедникам на заметку” И вообще, мог ли Христос сказать: “Блаженны нежные”, раз Он сказал: “Блаженны кроткие”? У моих обеспеченных приятелей есть ребенок, мальчик восьми лет, до прекрасной крайности избалованный и радостно открытый миру. Лето он проводит на севере, зиму на юге, относительно наличия в мире зла пребывает в счастливом неведении, и вообще - все вокруг него ослепительно и спокойно-надежно, как в детстве Гумберта Гумберта на Ривьере (ничего лучшего не читал на эту тему). Его жизнь настроена, как музыкальный инструмент: спокойное благочестие, благие надежды, планы, рассчитанные на долгое время - потрясающий уклад жизни, который способствует высокому образу мыслей и не дает развиться порокам, ну и т.д. и т.п. Будет ли любимо Богом это нежное существо, для которого быть добрым также естественно, как дышать? Подстерегает ли его ревность ангелов, поджидает ли его охотник в камышах, терпеливо ждущий малейшей оплошности, малейшей осечки в отлаженном механизме его жизни? Вообще: нужны ли Богу счастливые? Как вы думаете?