Спаситель говорил Своим ученикам - апостолам: “Слушающий вас Меня слушает, и отвергающий вас Меня отвергается“ (Лк 10, 16). Преемникам апостолов - епископам, священникам, диаконам - вверено слово Божие и проповедь Евангелия в Церкви Христовой (ср. 1 Тим 1, 11; Рим 3, 2). Поэтому послушание священнослужителям является обязательным для каждого христианина. В том случае, если нам кажется, что содержание слова, к нам обращенного, противоречит слову Божьему, надо горячо обратиться к Господу с просьбой разъяснить смысл сказанного (ведь часто мы не понимаем, что в самом деле правильно, а что - нет). Если смущение не проходит, следует обратиться к вышестоящему для сказавшего священнослужителя епископу. Причем не с осуждением батюшки, а с просьбой отменить для себя выполнение предписанного. В Православной Церкви от каждого диакона и священника (еще до их назначения в приход) требуется клятва послушания епископу области во всех канонических и нравственных предписаниях. Имея в виду, что здесь происходит в адрес священнослужителей от участников, причем, по большей части и православных, вспомним, что слышим в слове священника перед исповедью, пробуждающем душу к покаянию: Исповедь мирских человек (составленная в Оптиной пустыне): “СОГРЕШИЛ: непочитанием родителей и начальников, неуважением старших, пастырей духовных и учителей“, вспоминая, “Как часто смеялся безумно, шутил, острил, БЕСЧИННО говорил много необдуманного, невежественного и неприличного, и выражал бесконечное множество колких, ядовитых, наглых, легкомысленных, пошлых, грубых, дерзких и гнилых слов“ (Исповедь св. Василия Великого). Смиренное и кроткое принятие вразумлений священнослужителей, пусть и горьких, пусть и ужаливающих нашу гордыню - абсолютная норма православного христианина. Получивший щелчок по гордо задранному носику здесь, может на Страшном Суде избежит подобного. Хотите вести богословские диалоги “мирянин - священник“ - не забывайте все наше неравенство чина (Господь чины не упразднил), избегайте спора, не допускайте нравоучений. С любовью, страшно далекая до смирения и кротости, Ксения.