Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

«Перед нами еще одна книга, написанная представителем Православной Церкви, в которой автор пытается сдержать процесс распространения в России протестантских взглядов. Книга написана в виде диалогов с верующими во Христа, которых автор называет сектантами. Диалог как прием весьма удобен: оппонент в лице “сектанта” служит вспомогательным персонажем, задающим каверзные вопросы, православный с достоинством отвечает и сам находит, что спросить у нескладного протестанта, который тут же теряется, нервничает, злится и, наконец, уходит в посрамлении... с тем чтобы через какое-то время, все осознав, прильнуть к православной вере. Вот такие веселые картинки». Так начинается статья Евгения Каширского НЕЗАКОНЧЕННЫЙ ДИАЛОГ (РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ ДАНИИЛА СЫСОЕВА “ПРОГУЛКА ПРОТЕСТАНТА ПО ПРАВОСЛАВНОМУ ХРАМУ. ДИАЛОГИ С СЕКТАНТАМИ.” М., 2001.) Понятно, что характерная манера и сама система построений доказательств Даниила Сысоева вызывает ответный полемический запал. Поэтому специально для этого форума мы снизили уровень полемической заостренности, дабы пощадить чувства ранимых. Заметим при этом, что Даниил Сысоев щадить ничьи чувства явно не собирался. Впрочем, довольно прелюдии. Далее следует сама статья с некоторыми сокращениями. Полностью ее можно будет прочесть на странице calvin.tvcom.ru в приложении «Реформация в России» в рубрике «Новая Публицистика». 1. ТЯЖБА ИЗ-ЗА НАСЛЕДСТВА Прежде чем вступать с дискуссию с нашим автором оппоненту из протестантов следует помнить, что он имеет дело не просто с отдельным верующим человеком, но с человеком корпорации, за которым стоит машина, имеющая средства и силы, влияние и власть, которая неплохо оплачивает труд своих работников, предоставляет систему пенсий, награждений, поощрений, социальных льгот и т.д. Только наивные люди могут спорить с представителем корпорации в надежде, что на него подействуют какие-либо аргументы, кроме разве что перспективы вступить в еще более мощную корпорацию. Мы не тешим себя надеждой переубедить таких людей, и потому наши слова обращены к тем, кто действительно желает разобраться в вопросе о христианстве. Характерной особенностью служителей Православной Церкви является их убежденность в обладании ими эксклюзивного права на христианство. Вот и наш автор не преминул развить известную систему построений: христианство принадлежит только Православной Церкви, а раз вы, протестанты, к ней не принадлежите, то не смейте называть себя христианами, наследие мысли и дел апостолов, и всех истинных христиан (то есть всего народа Божиего) принадлежит только нам. Как видим, речь идет о праве именоваться христианином и праве на христианское наследство. Что ж, попробуем разобраться в вопросе: кто, собственно, является христианином? И сюда же присовокупим второй, не менее важный вопрос: кто может спастись, то есть как человек оправдывается пред Богом? Православным ясно: спасаются только они, все остальные, хотя бы и заявляли о своей вере и даже любви ко Христу, не спасутся. Между тем, Писание говорит, что человек оправдывается пред Богом лишь верой во Христа. Это православному служителю признать никак нельзя, поскольку ОПРАВДАНИЕ ВЕРОЙ разрушает всю его систему построений. Он приводит в качестве контраргумента цитату из ап. Иакова: “и бесы веруют, и трепещут” (Иак.2:19), заставляя апостола подтвердить, что вера во Христа не ведет к спасению, то есть не оправдывает. Однако, вряд ли ап. Иаков согласится участвовать в таком деле, как отрицание спасения по вере. Апостол бы нам напомнил то, к чему он сам призывает в этой же главе Послания: “Братия мои! имейте веру в Иисуса Христа нашего Господа славы” (Иак.2:1). Мертвая вера, о которой он ведет речь позже, наставляя своих читателей, никоим образом не тождественна живой вере христиан в Иисуса Христа, являющей плоды добрых дел. Бесы веруют в то, что Бог един, что Он праведен и свят (и потому они страшатся Его грядущего гнева), но разве за них распялся Иисус? разве с ними был заключен Завет? Христос спасает грешников из потомков Адама, но не бесов. Поэтому аргументация господина Сысоева некорректна. * * * Теперь поговорим о наследстве. Мы полагаем, что Христос и апостолы учили так, как это изложено в Слове Божием. Говоря иначе, Слово Божие содержит учение Христа и апостолов. Кто имеет право следовать этому учению? Всякий, кто уверовал в Иисуса Христа. Вернее, уверовавший и будет следовать учению, которое принадлежит всем таковым без исключения. Из источника ___воды живой____ может пить всякий верующий. И Сам Господь призывает нас: ”Жаждущие! идите все к водам; ... Послушайте Меня внимательно, и вкушайте благо, и душа ваша да насладится туком. Приклоните ухо ваше, и придите ко Мне; послушайте, и жива будет душа ваша; и дам вам завет вечный” (Ис.55:1-3). Применяющий учение наследует Христу, апостолам и всему народу Божиему, то есть Церкви. Подчеркнем, Церковь – это народ Божий, собрание призванных Иисусом Христом, то есть все те, кого призвал Господь Своим Словом. Кто обращается с верой ко Христу, тому и отвечает Спаситель. А что касается православных притязаний на эксклюзивное право на наследство, то Писание предупреждает подобных претендентов: “Наследство, поспешно захваченное вначале, не благословится впоследствии” (Притч.20:21). Стоит ли объявлять себя единственными наследниками, если право на христианское наследство приходится доказывать претензией на обладание другим правом, а именно: ___авторским правом (!) на Священное Писание___? Разумеется, правомочность обладания авторским правом тоже доказать не удается, и позже мы посмотрим, какие героические усилия прилагает господин Сысоев, чтобы нас уверить в своей правоте, а сейчас обратимся к термину “православие”, которое наш автор использует в качестве главного орудия в споре с недалеким протестантом... 2. ТЕРМИН “ПРАВОСЛАВИЕ” Давайте определимся с термином. Господин Сысоев утверждает, что Вселенская Церковь, то есть в совокупности весь народ Божий, есть ничто иное как православная Церковь, подразумевая под этим не столько истинно верующих, сколько определенную церковную организацию, скажем, РПЦ. Все остальные так называемые ___Церкви___ недостойны называться Церковью. Верующие во Христа люди недостойны называться христианами, если они иначе, чем автор и его единомышленники, понимают некоторые вопросы. Господин Сысоев утверждает, что апостолы и первые христиане были православными. Вы скажете вместе с оппонентом его книги: да как же так, ведь в Библии и слова нет такого, разве некоторые словосочетания? но автор задаст вам ___убийственный___ вопрос: – А разве апостолы неправильно славили Бога? – Ну, правильно, – ответите вы. – Значит, они были православными. Вот такая непобиваемая логика. В книге протестант в задумчивости чешет затылок, но мы подскажем ему, как ходить дальше, пусть он спросит православного автора: – А разве апостолы общались только с частью христиан? – Нет, они имели общение со всеми. – Значит, они были католиками, поскольку слово католический означает всеобщий. Да Церковь так и называлась долгие времена, поскольку все было ясно (до разделений): Церковь одна, римский епископ (в смысле римская кафедра) имеет несравненное преимущество перед другими епископами. Первые Соборы это не раз подчеркивали. Было даже правило, что без согласия римского епископа никакое решение на том или ином Соборе не может быть утверждено. Спросим и еще: а разве апостолы были не “за Завет”? – За Завет. – Тогда они были протестантами, поскольку одно из значений этого слова и есть “за Завет”, про–тест, по латыни pro test(amento). Так, хорошо, а разве вера апостолов была неправильной? – Правильной. – Тогда мы их можем назвать правоверными. Обидно, что так уже называют себя мусульмане, но слово, согласитесь, неплохое. И последнее: а разве апостолы не познали Божию мудрость? – Познали. – Тогда иной шутник может назвать их и богомудрами, то есть теософами. Но оставим эту игру в слова. Перейдем к разговору по существу. Для того, чтобы нам не путаться в терминах, назовем Церковь, к которой принадлежит автор, византийской. История Церкви показывает, что в первые века христианства спорящие по тому или иному вопросу (с обеих сторон) называли себя правильно славящими, а своих оппонентов клеймили как еретиков. Когда ариане получили поддержку императорской власти и стали господствовать в Церкви, то, как вы думаете, кем они себя называли? Разумеется, не арианами, но ___православными___, а несогласных с ними причисляли к еретикам. И ведь сколько епископов успели поставить, и учили людей по всей Византии, и люди верили своим епископам, и передавали веру детям... Потом появилось разделение на монофизитов и диофизитов. И опять вражда, с убийствами с обеих сторон. В одиннадцатом веке византийский патриарх порывает отношения с римским иерархом. Кто более виноват в расколе мы сейчас разбирать не будем, только отметим в дополнение к разговору о наследстве, что византийская кафедра – не апостольского происхождения, и ей никогда бы не получить своего ___второго___ места вперед Александрии и Антиохии, если бы не давление императорской власти. Наконец, уже в России византийская Церковь раскалывается пополам из-за спора об обрядах (старообрядцев предают анафеме), в двадцатом веке произошел раскол с братьями, эмигрировавшими за рубеж... Неловко напоминать о простой истине: для Господа важнее не то, как мы себя величаем, но как живем. Вспомним слова Иисуса: ”Не всякий, говорящий Мне: “Господи, Господи!” войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного” (Мф.7:21). Воля Отца изложена в Слове Божием, которому и призывают следовать протестанты. 3. ЧЬЯ БИБЛИЯ? Автор утверждает, что Библия принадлежит Православной Церкви, поскольку на эту книгу у православных есть авторское право. Прямо так и сказал: “Ее написали православные христиане, будучи вдохновлены Духом Святым” (с.50). Так, хорошо. Авторское право принадлежит автору произведения. Разумеется, автор вправе делать со своей рукописью все, что угодно – сокращать, дополнять, переделывать написанное... Только вряд ли кому будет нужна такая ___Библия___... И давайте уточним насчет вдохновения. Пушкин был вдохновлен Анной Керн написать известное стихотворение, но автором того стихотворения является все-таки он. В отношении же Библии мы, протестанты, считаем, что автором текста Писания является Бог, Который воздействовал Духом Своим Святым на конкретных исполнителей, чтобы они записали Его Слово, не исказив и не убавив. А если Слово Божие принадлежит Самому Богу, то и пользоваться им могут все, кому Он открывает сердце. Впрочем, позже автор поправляет себя, говоря, что Писание – это Завещание, то есть Завет с Богом, с чем мы вполне можем согласиться. Разумеется, господин Сысоев распространяет действие этого Завета лишь на представителей византийской Церкви. Его логика такова: Ветхий Завет заключен с Израилем, а Новый Завет - с ___правильной___ Церковью (именно от той Церкви и пошла нынешняя Русская Православная Церковь). Текст договора принадлежит только православным, поскольку католики отпали от Завета, протестанты вовсе никогда не входили, про дохалкидонских монофизитов и говорить нечего. На кого распространяется Завет? На тех, кто принимает Иисуса Христа своим Спасителем, кто через крещение во имя Единого Бога-Троицы - Отца, Сына и Святого Духа присоединился к народу Божиему. Если двое-трое соберутся во имя Господа, Он почтит их Своим присутствием, а господин Сысоев пройдет мимо. Ведь Христос не говорит: где соберутся двое-трое православных в своем храме... Пойдем далее. Зададим вопрос: в чем состоят для христиан обязательства Завета? Ответ очевиден: исполнять сказанное в Слове Божием. Кто уклоняется от обязательств Завета, тот лишается его благословений. Нарушающий Завет перестает быть его участником. Если господин Сысоев убежден, что католики, исказили “суть апостольского благовестия и чрез то, отпавших от Вселенской Церкви”, то протестанты считают, что и православные давно отпали от Завета, поскольку тоже исказили суть апостольского благовестия. Можно сказать и так: мы считаем, что византийская Церковь нарушила устав и смысл Завета. 4. УБРАНСТВО ЦЕРКВИ Автор показывает горе-протестанту православный храм, восклицая: смотрите, у нас все как в Библии! все по образцу ветхозаветного храма - и внутри, и снаружи, а это значит, что у нас все как на небесах. Мы подражаем Соломону, а Соломон взял за образец храм небесный. И в каждой православной церкви, не в пример протестантам, повторяется эта планировка, конечно, не все точь-в-точь, мы еще дополнительную символику используем, мы ведь - живая Церковь, развивающаяся. “Православная Церковь в течение веков вырабатывала тот вид и форму храма,, которую мы с вами наблюдаем” (с.14). Здесь, простите, некоторая непоследовательность. Если вырабатывали, то значит не все, как у Соломона. В противном случае и вырабатывать было бы нечего, бери да копируй. Автор поясняет: а слепо копировать и не надо. “Церковь и не следовала рабски ветхозаветным примерам, помня, что мы уже не под законом, а под благодатью” (с.14). Это объяснение не выручает. Какой смысл тогда хвалиться, что у нас все прямо как в Библии, если копировать необязательно? А. Жертвенник Особо выделим упоминание автором наличия жертвенника в Православной Церкви. В небесном храме такой жертвенник есть, говорит автор, в подтверждение чего приводит цитаты из Откровения (Отк.6:9; 9:13; 16:7), и значит, жертвенник должен быть в христианском храме. Да, действительно, в Откровении упоминается жертвенник на небесах. Но в каком смысле? Разве в том смысле, в котором его понимают православные, то есть как нечто имеющее отношение к Св. Причастию? Нет, в Откровении жертвенник упоминается как символическое место, куда возносятся молитвы. Господин Сысоев ссылается на апостолов, дескать уже “в Новозаветной Церкви святые апостолы установили правило водружать жертвенник” (с.12). Автору не мешало бы указать, откуда у него сведения о решении апостолов водружать жертвенники, ибо Новозаветным Писаниям это неведомо. Точка зрения православных насчет Причастия такова: Причастие – это жертва, и надо стать участником жертвы, причастником. Согласно учению Православной Церкви, во время Причастия вкушаются ___буквальные___ Плоть и Кровь Христовы. Автор пишет: “Христос настаивает на буквальном смысле этих слов” (с.13). Значит, имеется жертвенник, а на нем – жертва. Но вот какую вещь не заметил протестант, которому автор вложил в уста вопросы о Св. Причастии. Доказывая обязательность наличия жертвенника в Новозаветной Церкви, господин Сысоев приводит в качестве аргумента цитату из послания к Евреям (13:10). А в Послании сказано вот что: “Мы имеем жертвенник, от которого НЕ ИМЕЮТ ПРАВА ПИТАТЬСЯ СЛУЖАЩИЕ СКИНИИ” (Евр. 13:10). Православный служитель говорит, что в каждом их храме есть жертвенник, на котором приготовляется все необходимое для Таинства Св. Причастия. Но если соотносить жертвенник, упомянутый в Послании, с тем, что устроено в православном храме, то получается, что причащаться могут все, кроме служащих скинии. Великолепно! А если служители не имеют право питаться от жертвенника, то они и не участники. Какой же надлежит сделать вывод? Только тот, что жертвенник, о котором говорят Новозаветные Послания, к Причастию отношения не имеет. И если уж говорить о небесном жертвеннике в том смысле, в каком его понимает наш автор, то позволительно спросить: а что же приносится на нем в жертву на небесах? (По определению видимому знаку таинства сопутствует небесное действие; в данном случае все действие перенесено на землю – Геннадий С.) Что касается самого Причастия, то здесь давний спор о том, как понимать его смысл. По нашему разумению, понимание Причастия в смысле жертвы недопустимо, поскольку Христом уже принесена единственная и необходимая жертва. Всякие дополнения к Его жертве – оскорбление подвига Христа. Писание допускает употребление слова ___жертва___ лишь тогда, когда имеет в виду молитвы, идущие к Богу. Такая жертва допустима и не противоречит смыслу жертвы, принесенной Христом. Итак, в новозаветный период никто не может приносить каких бы то ни было жертв, кроме жертвы хвалы. Автор причисляет себя и своих коллег к священникам по чину Мелхиседека (“новое священство по чину Мелхиседекову”, с. 33). О Мелхиседеке в Писании сказано, что он не имеет ни начала, ни конца. Никто не знает, где был его храм и как этот храм выглядел. Но вот что важнее всего: Писание говорит, что по чину Мелхиседека служит только один Священник - Сам Иисус Христос. Он есть наш Первосвященник. Ветхозаветный священник приносил жертвы, такова была его функция. Поэтому сегодня все христиане являются священством в том смысле, что возносят молитвы (новозаветные жертвы) Богу, входя к Нему через Иисуса Христа. И странно, что автор полагает, будто у протестантов нет стола, на который ставятся потир и дискос. Все это имеется, только мы не склонны называть этот стол жертвенником. Ведь на нем стоят дары Господни, а не наша жертва. Это скорее ___дарственник___. Среди православных распространена одна трогательная легенда. Наша Церковь, говорят они, имеет то самое Причастие, которое было во время Вечери Господней, когда Сам Иисус благословил хлеб и вино. Остатки смешиваются с новой порцией, передаваясь, так сказать, по эстафете. Действительно, трогательно, жаль только, что Писание таких подвигов не подтверждает. Кстати, о преданиях. Православная Церковь практикует молитвенное обращение к умершим. А вот какие откровения мы почерпываем из книги господина Сысоева. На странице 22 мы читаем: “наши молитвы, как верит наша Церковь, имеют великую силу для умерших, которые сами уже не могут сделать для себя ничего”. Если умершие сами для себя уже ничего сделать не могут, то зачем обращаться к ним с молитвами за помощью? В. Светильники и прочее Степень аргументации и уровень комментирования Священного Писания господином Сысоевым можно оценить на следующем примере. Вот автору захотелось подтвердить Писанием необходимость хорошего освещения в православных храмах, поскольку сей факт якобы возмутил протестанта. И вот что нашел православный служитель (внимание!): в горнице “было довольно светильников” (Деян.20:8). А если бы, спросим мы, было не довольно? что из этого? ведь и такое часто бывало у христиан. Гонимые христиане не могли себе позволить каждый раз такую роскошь. Но можно пойти в рассуждениях и дальше: ведь там написано, что они собирались в горнице, то есть (в данном случае) в комнате на третьем этаже. Не вытекает ли отсюда золотое правило, запрещающее проводить служения на первом этаже? И неужели тогда все православные храмы придется перестроить? Автор много приводит аргументов подобной убедительности насчет убранства. Упоминает о колоколах, о решетках на окнах. Завершает свои описания интересным пассажем. “Всего этого нет у протестантов, поэтому они и вынуждены все время находиться в постоянном поиске своих адептов и при этом не имеют таких результатов, какие имеют православные. Нет ни одного народа, который был бы обращен в христианство протестантами. Это неудивительно. Ведь без поддержки силы Божией люди не могут по настоящему принять Христа (1Кор.12:3)” (с.21). Не станем тратить время на спор о народах. Посоветуем уважаемому автору прочесть какую-нибудь добросовестную историю протестантских миссий, тогда о ___народах___ ему станет известно побольше. А нам хочется завершить диалог вот каким наблюдением: видя, с какой скоростью протестантизм распространяется по России, всякий сделает вывод, что через несколько лет численные показатели протестантов и православных неизбежно сравняются. А что будет дальше, известно одному только Господу Богу. * * * Вот примерно так мог бы вести диалог протестант с православным служителем. И не сомневайтесь, господа православные апологеты, протестанты имеют ответы на ваши вопросы. Разумеется, если только вы спрашиваете настоящих протестантов, а не карикатурных недотеп.