Музей форума дьякона Кураева (1999 - 2006)

АЛЕКСИЙ II: У НАС НЕТ ПРИЧИН ОПАСАТЬСЯ РОСТА ВЛИЯНИЯ ВАТИКАНА Известия, 14.05.2002, с. 1, 2 О взаимоотношениях Русской православной церкви с Ватиканом, мировых событиях, тревожащих церковь, и отрадных тенденциях патриарх Московский и всея Руси Алексий II рассказывает в интервью газете “Известия”. - Ваше Святейшество, о проблеме взаимоотношений Русской православной церкви с Ватиканом вы высказывались, в том числе и в редакции “Известий”. Но ситуация продолжает оставаться острой. Недавно кардинал Каспер в своей статье заявил, что “православная церковь признает свою пастырскую и евангелизаторскую слабость и поэтому опасается католичества”, “РПЦ живет по двойному стандарту”, “стремится закрепить свою гегемонию в ущерб свободе личности”. - Подобные заявления представляют собой пропагандистскую дымовую завесу, под прикрытием которой совершаются деяния, противоречащие общепринятой практике межгосударственных и межцерковных отношений, взаимного уважения и стремления учитывать интересы друг друга. Напомню, католические епархии были учреждены в России без каких-либо предварительных консультаций и переговоров с Русской православной церковью. Применительно к сфере межчеловеческих отношений подобный образ действий рассматривался бы как бесцеремонность. О том, что именно так были восприняты недружественные инициативы Ватикана, свидетельствуют заявления нашей церкви и МИД России, а также подчас весьма острая реакция российской общественности. Ибо речь в сущности идет о том, что по благословению папы римского в России были учреждены католические структуры, параллельные соответствующим структурам православной церкви, а наша страна, имеющая тысячелетнюю православную традицию, обрела двусмысленный статус “церковной провинции” Ватикана. Понятие канонической территории, отвергаемое Ватиканом из конъюнктурных соображений, лежит скорее не в догматической, а в историко-церковной плоскости и относится к тем странам, в которых большинство традиционно составляют католики или православные. Однако наличие в мире государств с преобладающим католическим или православным населением является реальностью духовной и религиозной жизни народов, что отрицать невозможно. Сказанное выше имеет прямое отношение и к проблеме католического прозелитизма. Правда, священники и прелаты Римско-католической церкви отводят упреки в проведении подобной миссионерской политики, утверждая, что они подбирают лишь “ничейные”, “заблудившиеся” души. Однако известно достаточно свидетельств обращения в католичество православных, в том числе по причине недостаточной осведомленности людей о вероисповедных различиях между католичеством и православием или даже их тяжелого материального и финансового положения. А кроме того, хотелось бы знать, какого рода души католики рассматривают как “бесхозные” и “ничейные” в стране, две трети населения которой принадлежат к православию либо по вере, либо по крещению, либо по воспитанию, либо по культурной самоидентификации. Вместе с тем глава российских католиков не скрывает, что католическая паства в истекшем десятилетии существенно не возросла. Это говорит только о том, что, несмотря на миссионерскую активность католических проповедников и несравнимые с нашими материальные возможности католических приходов, люди в России не отрекаются от отеческой веры. Таким образом, у нас нет причин опасаться заметного роста католического влияния в России. Мы лишь стремимся к взаимоуважительным и конструктивным отношениям с Римско-католической церковью. Хотел бы подчеркнуть: наша церковь принципиально не приемлет попыток перенесения на сферу межконфессиональных отношений идеологии и принципов рыночной конкуренции. Что же касается обвинений в “использовании двойного стандарта”, нам указывают на наличие в Западной Европе епархий Русской православной церкви. Но, во-первых, православные священники окормляют в основном соотечественников и единоверцев, находящихся за рубежом, а во-вторых, наши епархии до сих пор не могут получить официальную регистрацию в таких странах, как Франция, Австрия или Аргентина, где традиционно сильны позиции Ватикана. Не всем известно также, что накануне обнародования решения о католических епархиях в России римский понтифик встречался с делегацией нашей церкви, приезжавшей по приглашению Ватикана в Ассизи. Но в тот момент папа римский ни словом не обмолвился об уже принятом им решении. Справедливости ради надо отметить, что Русская православная церковь поддерживает добрые связи с отдельными католическими епархиями, монастырями, учебными заведениями и благотворительными организациями, простыми верующими Римско-католической церкви. Но это не те католики, которые приезжают к нам с единственной целью - обратить в свою веру как можно больше российских граждан. Поэтому ссылка кардинала Каспера на некую “помощь” нам католических структур в данном случае абсолютно неправомерна. Тем более что некоторые католические организации, сотрудничающие с нашей церковью в образовательных, социальных, благотворительных и иных программах, не скрывают своего негативного отношения к односторонним действиям Ватикана в России. - Не ощущаете ли вы давления со стороны политических сил с целью изменить вашу позицию в контексте вообще процессов глобализации? Не усилилась ли кампания по дискредитации Русской православной церкви? - Мы не вправе игнорировать того факта, что православная и католическая церкви являются реальными и влиятельными духовными силами в Европе и в мире. Мы убеждены, что Московский патриархат, Ватикан, другие поместные православные и иные европейские церкви призваны к взаимодействию с различными институтами объединяющейся Европы во имя того, чтобы в ходе интеграционных процессов религиозный фактор жизни народов не оказался вытеснен на периферию общественного внимания. Что касается вопроса о деятельности Ватикана в России в контексте процессов глобализации, то мы не склонны усматривать здесь прямую взаимосвязь. Вместе с тем претензии Ватикана на планетарное измерение просматриваются вполне отчетливо. Практически это стремление проявляется в практике прозелитизма, в жестоких утеснениях православного меньшинства греко-католиками в западных областях Украины. В основе подобной политики лежит принципиальное нежелание считаться с традиционными религиозно-культурными ценностями православных народов. Впрочем, история свидетельствует о том, что католическая экспансия в России чаще всего хронологически совпадала с периодами временного ослабления русского государства и православной церкви. Если говорить о сравнительно недавних временах, достаточно вспомнить попытки Ватикана завязать диалог с большевистским правительством в разгар жесточайших гонений на православную церковь или активное участие греко-католиков в деятельности националистических, прежде всего антирусских, сил. - Можете ли вы сформулировать условия примирения с Ватиканом? - Как уже не раз заявлялось Русской православной церковью, имеется принципиальная готовность к встрече ее предстоятеля с папой римским Иоанном Павлом II. Однако такая встреча может состояться лишь после того, как будет выработана общая позиция по основным вопросам межцерковных отношений. В частности, обе стороны должны осудить прозелитизм во всех его формах, согласиться относительно недопустимости унии как метода достижения единства в прошлом, настоящем и будущем, признать и неукоснительно соблюдать принцип канонической территории. Иными словами, прежде всего должен найти окончательное разрешение затянувшийся конфликт между греко-католиками и православными на Западной Украине, где были фактически разгромлены три православные епархии - Львовская, Тернопольская и Ивано-Франковская. Кроме того, Ватикан должен отказаться от практики прозелитизма среди традиционно православного населения России и стран СНГ. - Возможен ли такой вариант возобновления диалога, при котором ваша встреча с папой римским состоится на нейтральной территории? - Встреча предстоятеля Русской православной церкви с главой Ватикана однажды уже планировалась и должна была состояться в Австрии в 1997 году. Была проделана огромная подготовительная работа, стороны в предварительном порядке согласовали чрезвычайно важные для будущего православно-католических отношений итоговые документы. Однако этот шанс был упущен по вине католической стороны, когда папа римский из уже подготовленных к подписанию документов собственноручно исключил вопрос об отношениях между православными и греко-католиками на Западной Украине. Русская церковь по-прежнему убеждена в том, что подобная встреча будет иметь смысл только в том случае, если послужит уврачеванию доныне кровоточащих ран прошлого, реальному разрешению болезненных проблем двусторонних отношений. Нас же пытаются убедить в том, что главное - сам факт встречи предстоятелей двух церквей. Однако визит папы римского на Украину свидетельствует: подобный формат встречи не только не способствует конструктивному решению накопившихся вопросов, но и чреват еще большим обострением существующих в обществе разделений. - Какие события, происходящие в мире сегодня, тревожат более всего вас? И что вызывает оптимизм? - Наше время богато тревожными тенденциями. Многие из них являют собой прямые вызовы хрупкому миру на земле и самой перспективе выживания человечества. Традиционный мировой порядок, основанный на принципах суверенитета и территориальной целостности государств, сегодня уступает место новому, базирующемуся на принципе глобальной ответственности и “праве сильного”. Нравственным обоснованием мирового порядка становится не справедливость, а своеволие. Сегодня мы стоим на пороге мироустройства, в котором любовь к ближнему подменена политкорректностью, терпимость к чужим взглядам - безразличием; нашему взору предстает мир, все устремления которого направлены на получение прибыли любой ценой. Не может не беспокоить и стремительное расползание очагов напряженности по лицу земли. На мой взгляд, в основе названных тревожных явлений лежит определенное стремление к навязыванию миру культурной и мировоззренческой унификации. Навязывание “универсальной формулы счастья” всем народам без учета их культурного, этнического, религиозного и политического своеобразия будет иметь разрушительные последствия. В то же время осторожный оптимизм вызывает внимание, оказываемое правительствами многих стран и европейскими международными организациями мнению институтов гражданского общества, к числу которых относятся и религиозные объединения. Ранее, как правило, идеи и соображения религиозного характера оставлялись, так сказать, за скобками мировой и национальной политики. Нельзя считать религиозные убеждения людей и целых народов исключительно частным делом, чем-то a priori неважным, ведь для верующего человека верность Богу и нравственная обязанность жить в соответствии со своими убеждениями дороже самой жизни! Поэтому можно только приветствовать готовность общества к тесному сотрудничеству с религиозными объединениями в деле решения насущных проблем современности.